Читаем Повелитель прошлого полностью

– Я стал носить имя Вольфганг фон Рабенхорст и под этим именем был определен послушником в католический монастырь Северной Италии. Там я и встретил конец войны. Скажу честно: меня не прельщало быть монахом, и я сбежал из монастыря, воспользовавшись случаем. Однако вскоре я туда вернулся: попав в Австрию, я рассказал первому же встречному советскому офицеру о своем происхождении и оказался в лагере для перемещенных лиц. Так я вернулся к отцу. Я не стал рассказывать ему о встрече с дядей: советскому офицеру могла серьезно навредить родственная связь с бывшим эсэсовским офицером. К этому времени отец женился во второй раз, и у меня появилась маленькая сестренка – очаровательное создание. К несчастью, она скончалась, не дожив и до пяти лет. Следующего ребенка ожидала та же самая судьба: мой маленький братик умер в возрасте четырех лет. Я понял: проклятие продолжает действовать. Но что мне делать? И однажды утром я вдруг проснулся с четким осознанием плана действий. Шел 1965 год, я был лучшим выпускником моего курса Института иностранных языков. Меня отправили на стажировку в Германскую Демократическую Республику. Остальное было делом техники и моей личной решимости: однажды я пересек границу между Восточным и Западным Берлином. Об этом была шумиха в прессе: этнический немец, советский специалист, выбрал свою историческую родину и свободу. На самом деле мне было наплевать и на так называемую историческую родину – поскольку мой отец считал себя русским, и я считал точно так же – и на так называемую свободу. Перебравшись в Баварию, я с удивлением узнал, что мой дядя не только унаследовал родовой замок графов фон Нойбург-Рабенхорст – в связи с пресечением главной ветви рода, – но еще и в 1944 году женился. Детей от этого брака не было, в 1945 году дядя бесследно исчез, и вдова, отличавшаяся крайней набожностью, проживала в родовом замке фон Рабенхорстов вплоть до своей смерти в 1965 году. После ее смерти обнаружилось дядино завещание, в котором он назначал единственным своим наследником меня. К завещанию было приложено письмо, которое должен был прочитать только я. И вот оказывается, все три года после смерти дядиной жены меня упорно искали по всей Европе. Мне удалось доказать, что я и есть тот самый Вольфганг фон Рабенхорст, которому дядя завещал свое имущество и родовой замок: соответствующие бумаги обнаружились в том самом монастыре, куда дядя сдал меня в качестве послушника. Предусмотрев возможность моего побега, дядя приложил к моим документам отпечатки моих пальцев, чтобы полиции было проще искать беглеца. Вот таким неожиданным образом мне сравнительно легко удалось удостоверить свою личность и стать владельцем замка фон Рабенхорстов и поместья, приносящего стабильный доход.

– Поздравляю вас, – сказал я без тени иронии. Прямо роман с хеппи-эндом какой-то!

– Не торопитесь с поздравлениями, – мрачно отозвался фон Рабенхорст. – Я тоже вначале обрадовался. Я думал, что если передам замок и поместье в собственность монастыря, то возносимые благодарными монахами молитвы снимут проклятие с нашего рода. Но когда я вскрыл письмо, оставленное дядей, то моя искренняя радость сменилась глубокой печалью. Дядя писал, что есть единственный шанс снять проклятие с нашего рода. Причиной проклятия стало не зеркальное возвращение негативной энергии, обрушенной когда-то графиней-колдуньей на Габсбургов: оно просто инициировало процесс. Причиной были осуществлявшиеся в нашем роду из поколения в поколение магические практики. Для того чтобы нейтрализовать их воздействие, по мнению дяди, было необходимо собрать как можно больше магических артефактов в крипте замковой часовни. Как полагал дядя, каждый магический артефакт является мощнейшим генератором негативной энергии. Если их собрать вместе, то они будут нейтрализовывать проклятие рода, сконцентрированное вокруг останков наших предков, похороненных в замковой крипте. И чем больше будет этих артефактов, тем меньше будет оказывать влияние проклятие на наш род.

– Вы действительно верите в это? – удивился я. – Честно говоря, я не поверил бы ни одному слову вашего дяди.

– Вначале я тоже не поверил, – признался фон Рабенхорст. – Но собирание мистических артефактов увлекло меня, и я стал тратить все свои деньги на их поиски. Так случилось, что однажды я встретил женщину, которую полюбил всей душой. Я хотел, чтобы она стала моей женой и матерью моих детей. И мне даже не хотелось жить, если этого не произойдет. Я спустился в крипту и пересчитал артефакты. Их было ровно семь, и я принял это за знак свыше. Я женился на своей избраннице, она родила мне троих замечательных детей. Я с мучительным волнением наблюдал за тем, как они растут. И лишь когда я выдал старшую дочь замуж, и она благополучно родила внука, то я убедился: да, дядя был прав – проклятие отступило! И после этого я стал охотиться за магическими артефактами лишь с одной целью: убрать их из этого мира как источники зла.