Тот закатал рукав рубахи, рука была в неестественной позе, будто сустав в локте вывернулся, рука слегка опухла.

– Это вывих, не перелом, – сказал Моррус.

Он немного помедлил, осмотрел прутья решётки, которые были между ними, и добавил:

– Протяни руку ко мне через решётку.

Немного помедлив, бедолага повернулся на того, что сидел. Тот смотрел на них взглядом, в котором боролись безразличие и любопытство, казалось, что его интерес вот-вот угаснет и он вернётся обратно сверлить взглядом стену, но он посмотрел на сокамерника и одобрительно кивнул головой. Бедолага осторожно начал просовывать руку между прутьев решётки.

– Не сюда, просунь на уровне плеча, – сказал Моррус.

Тот сделал, как он велел. Моррус аккуратно взял руку и встал к нему спиной, со стороны казалось, что тот душит Морруса, но это было не так. Моррус упёр своё плечо во внутреннюю сторону локтя.

– Держись за решётку, будет немного больно, – сказал Моррус.

Он начал постепенно тянуть на себя кисть, упираясь плечом в локоть, несчастный еле слышно захрипел от боли. Через некоторое время Моррус почувствовал, как сустав начинает вставать на место, он придал ещё больше усилий и, когда услышал глубокий короткий хруст в локте, за спиной послышался слабый выдох облегчения. Моррус отпустил руку и повернулся к несчастному, тот уже не был так несчастен, улыбаясь, он проверял работоспособность своей руки, было видно, что она уже не болит.

– Хеджи, – представился исцелённый.

– А это мой дядя Клейт.

Хеджи качнул головой в сторону мужика, который сидел на полу. Тот всё это время смотрел на Морруса и слегка кивнул.

– Мой брат Кельген, ему больше нас досталось, – сказал Хеджи.

– Я Моррус, – сказал Моррус.

Клейт округлил глаза и поднялся на ноги. Он сделал два шага в сторону Морруса и сказал:

– Моррус Гейн? Командующий?

– Он самый, – немного озадачено ответил Моррус.

Взгляд Клейта наполнился тоской, местами переходя на эмоции, он начал рассказ:

– Мы ждали вашего возвращения. Жизнь в Рльехе стала хуже, чем при Эхберах, вокруг так много банд, они грабят мирных людей, на них нет управы, власти будто слепы, они будто не видят ничего, только повышают налоги, аргументируя это тем, что деньги нужны для войны, для того чтобы обеспечить скорую победу. Люди голодают, у нас отбирают последнее. Я слышал, в некоторых районах бунтовали, то там то тут вспыхивали восстания, которые подавлялись жесточайшим образом. Год назад начали забирать людей на рудники, в каждой семье половину оставляли пахать на своей земле, а половину увозили. Кельген – мой сын, полгода был на рудниках, мы с Хеджи хотели освободить его, но нас поймали, и теперь нас публично повесят, чтобы остальным было неповадно. В последнее время на рудники начали забирать детей, они менее работоспособны, но не так опасны. Мы ждали, что вы победите, придёте и остановите всё это, встанете на защиту, и вот вы вернулись, и вы в клетке…

– Война окончена, мы разбили Эхберов, – сказал Моррус.

Клейт взглянул на Морруса с недоумением, подошёл к нему вплотную, ещё сильнее выпучив глаза, и дрожащим шёпотом сказал:

– Но вчера объявили, что война продлится как минимум два года, что нужно затянуть пояса, и потом мы станем свободными…

Моррус не мог поверить в то, что он слышит, он считал это невозможным, но в то же время у него не было и тени сомнений в том, что человек перед ним говорит правду. Моррус вспомнил Хэнка Лютого и его банду, видимо, это было только начало, и если сейчас у власти Вилен, то это многое объясняло. Ненависть закипела в нём с новой силой.

– Стража! – крикнул Моррус.

Из-за угла показалась фигура караульного.

– Доложи начальнику караула, что я требую поговорить с командующим Гринадом! – приказал Моррус.

Караульный удалился, спустя около получаса он вернулся вместе с начальником караула и пятью стражниками, они открыли решётку Морруса, тот сложил руки для того чтобы на него надели наручники, но вместо этого его ударили рукоятью меча в голову, Моррус не был готов к этому и рухнул на пол, мгновенно потеряв сознание.

Глава III

Звон решетки оборвал сон, перед Моррусом стоял капитан стражи и двое караульных:

– Заключённый, встать! Лицом к стене!

Моррус неторопливо поднялся, повернулся к стене.Разум постепенно начал понимать суть происходящего, так крепко он давно не спал, сон смог вбить огромный клин между реальностью и сознанием. Поняв суть происходящего, Моррус отказывался верить, разум бунтовал, в голове крутился вопрос: «Почему я проснулся именно в этом дне, именно в этой чёртовой решётке, ведь есть огромное множество иных, в сравнении с этим чудесных, вариантов начала дня». Он понимал, что его ждёт, он понимал, что уже ничто его не спасёт, что казнь неизбежна, конечно, есть место для надежды на чудо, но Моррус не верил в чудеса, несмотря на то, что много раз его судьбу решал удачный случай.