Читаем Поцелуй ведьмы. Часть 2 полностью

Родственников столько, что если приходят на свадьбу, приходится мастерить во дворе новый длиннющий-предлиннющий стол. И все друг друга знают, и у каждого родственничка есть своё название. (Кстати, названия родственников, даже дальних, сохранились только в славянских языках, из западных они исчезли за ненадобностью. Ничего, кроме нагрузки, от родственников не бывает. Это психология торгашей, вояк и скупердяев.)

«Свояк» — свой, хотя из другого рода.

«Свекровь» — святая кровь.

«Тесть» — от слова «честь».

И все слова по отношению к родственникам светлые! Над тёщей принято смеяться, а, между прочим, слово очень доброе.

«Тёща» — от «утешать». Именно тёща больше всех утешала всегда зятя: «Ну, извини, что тебе такая нескладуха, как моя дочь, досталась!»

Когда раскрываешь русское слово, начинаешь понимать, как надо жить природосообразно. А заодно — и в чём сегодняшнее человечество ошибается.

«Брак» — слово солнечное. От «брать в жёны». А слово «брать» — от «братство». Брались за руку, водили хоровод и выкликивали солнце для обильного уРАжая. Так что брат — тот, кто чувствует руку ближнего, не предаст! Недаром бойцы, воины называют друг друга братьями. Даже наши бандюганы называют друг друга братанами. Только чиновника невозможно назвать братом, потому что ничего солнечного он не сулит и в случае чего предаст непременно.

Иногда поймёшь смысл нашего слова и сам себе удивляешься: как же я его произносил всю жизнь, а оно, оказывается, имеет совсем другой смысл.

Недаром мудрецы утверждают, что именно русское слово дрожит природной дрожью.



«Удовольствие». «Удом» называли детородный мужской орган. Удовольствие — по воле уда. Боюсь, что и слово «удача» из того же «куста». Нашёл свою половинку для продолжения рода! Теперь понятно такое всеобъемлющее современное слово «удовлетворение». Творение волей уда! То есть то, что уд доставил женщине.

Итак, «удовольствие» — слово мужское. А какое женское? «Приятно»! Приятие — женское начало. Женщина принимает.

Часто сегодня вместе произносим слова «честь» и «достоинство». А они разные. «Честь» — женское: честью называлась девственность. А «достоинство» — слово очень даже мужское: от слова «стоит», означает готовность уда к продолжению рода. До сих пор сохранилось выражение «мужское достоинство».



Перейти на страницу:

Похожие книги

Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное