Кирэлл и его дракон были в ярости, когда поднялись в небо. Осень никогда раньше не трансформировалась сама, и он пообещал ей, что будет рядом, когда она попытается это сделать. Но из-за того, как он и его семья обращались с ней, Осени пришлось сделать это самой. Это неправильно. Неужели она не понимает, что она — его жизнь? И если не понимает Осень, то уж дракон-то должен.
—
— Я думал, так будет лучше. Наша Осень так скучала по своей семье.
— Это была моя вина.
— И сейчас она не будет одна. Ты ведь ее догонишь.
— Магия приняла ее?
— Об этом я как-то не думал.
Кирэлл молчал, зная, что его дракон прав. Он должен был подумать об этом, особенно после того, как Осень стремительно выбежала из комнаты. Она привыкла заботиться о себе, ни от кого не зависеть, и он должен был немедленно отправиться за ней. Успокоить ее, вместо того чтобы сначала поговорить с отцом.
— Мы должны догнать их прежде, чем они пересекут границу владений Тро. Он из тех, кто сначала нападает, а потом задает вопросы.
— Как?
— Но Тро — черный.
— Ясное дело. Я бы пришел в ярость, если бы еще кто-то мог подобраться к моей паре без моего ведома.
— Я всегда думал, что это потому, что они брали в пары Других.
— Откуда ты это знаешь?
Кирэлл заставил свой разум успокоиться и призвал магию Монду так, как учил его отец. Он сосредоточился, и магия тут же сказала ему то, что нужно было знать:
— Наша пара устала! Мы должны добраться до нее, пока она не навредила себе.
Дракон Кирэлла зарычал и полетел быстрее.
***
— Дракон…
— Ты уверена?
— Круба?
***
Кирэлл и его дракон вздрогнули от резкого толчка при перелете через границу.
— И все же это не помешало нам пересечь границу.