Читаем Поцелуй музы полностью

– Отлично, ко мне приставляют телохранителя, который с удовольствием отправил бы меня в тюрьму. Очень тактично. А может, ты подкинешь мне какие-нибудь улики, которые сам же потом у меня найдешь? – Я разъяренно воткнула вилку в панкейк. Мой аппетит испарился.

– Малу, я… Извини за то, как вел себя раньше. Это было непрофессионально и невежливо, – пробормотал Лэнсбери едва слышно.

Сначала я подумала, что неправильно его поняла, и уже хотела ответить колким комментарием, но потом посмотрела в его глаза. В них не было ничего, кроме искренности. Он тяжело вздохнул, будто ему стоило больших усилий произнести эти слова, и сжал руки в кулаки. Готова поспорить, это извинение тоже было частью приказа Адамса. Но провоцировать его дальше я не стала.

– Спасибо. Правда. В следующий раз ты можешь сказать об этом более громко. – Когда я это сказала, он округлил глаза. Я сама подливала масла в огонь. Никогда не могла сдержать язык за зубами, когда это было действительно необходимо! Я, извиняясь, подняла руку. – Это была шутка. Очень неуместная, извини. Хоть я и не связана со всем этим, день для меня выдался напряженный. Просто устала. – Я отпила горячий шоколад. Кофеина мне было уже достаточно, если я хотела уснуть ночью.

Лэнсбери молчал. Краем глаза я увидела, что он поднял руку, и мне показалось, будто он хотел протянуть ее ко мне… но он лишь взял чашку и опустошил ее. Я смотрела в окно. Уже несколько минут мы оба молчали. Музыкальный аппарат не переставал крутить Heartbreak Hotel.

Элвис посоветовал мне пойти на Улицу одиночества и посетить Heartbreak Hotel, если мне захочется поделиться грустной историей.

Спасибо, Элвис, можешь приберечь свои мотивационные высказывания.

– Малу? – От прекрасного голоса, который произнес мое имя, у меня побежали мурашки по спине. Черт, я, кажется, на самом деле очень устала. Подняла глаза на Лэнсбери, и меня удивила смесь напряжения и обеспокоенности, которые читались на его лице. Я кивнула, приглашая его продолжить.

– Как ты связана со всем этим? – Его голос и поведение давали понять, к чему он клонил. Я хотела начать спорить, но он не дал мне сказать ни слова. – Не пытайся соврать. Ты как-то связана с этим. Я знаю. Может, ты и не убийца, но между преступлениями существует связь: ты. Только пока не знаю, какую роль ты играешь. Возможно, ты лишь часть большого целого, но думаю, ты все-таки имеешь какое-то значение в этой истории.

– Как ты пришел к этому? – спросила я серьезно, заметив, что любое мое проявление чувств могло послужить для него доказательством моей причастности. Он наклонил голову.

– Это не случайность.

– Дурацкое объяснение.

– Тогда назовем это интуицией.

У него, должно быть, была чертовски хорошая интуиция, если, несмотря на неопределенные обстоятельства, он все равно видел какую-то связь. Так же, как мама. И я, хотя и не признавая этого. Как же мне хотелось рассказать ему правду, ведь это настолько исправило бы положение дел. Но я не имела права. Миссис Пэттон строго-настрого запретила. Никто, кроме мамы, не мог знать о моей работе антимузой. Поэтому мне ничего не оставалось, кроме как продолжать вести себя как дерзкая девчонка, которую и видел во мне Лэнсбери. Подобно миссис Пэттон, которая постоянно винила меня в том, к чему я даже не была причастна.

– Знаешь, что я думаю? – спросила я и наклонилась к нему. – Тебе во мне что-то не нравится, и поэтому ты хочешь вовлечь меня в это дело. Что это? Лицо? Шмотки?

Он уловил мой взгляд, но не выразил никаких эмоций. Только мерцание его глаз выдавало полыхающий внутри огонь. В следующее мгновение он встал и удалился.

– Спасибо за чай, – зло бросил он перед тем, как исчезнуть.

Почти разочарованно я допила остатки какао, которое уже стало невкусным. Такой реакцией я, наверное, разрушила всякую симпатию между нами. На мгновение я действительно подумала, что за твердой оболочкой скрывается мягкая сердцевина. Возможно, мы могли бы подружиться, если бы встретились при других обстоятельствах. Но так было лучше. Я могла не бояться, что случайно разболтаю, как на самом деле связана с жертвами.

Жертвы… Еще две недели назад не подозревала, что окажусь втянута в историю с убийством. А тут их было целых два. Лэнсбери, может, и был плохим шпионом, но с такой интуицией он мог стать выдающимся детективом. Я надеялась, что мой случай не станет единственным, когда великолепное чутье не подвело его. Хотя, должна признать, я посмотрела бы, на что он способен. Ведь мне точно так же, как и ему, хотелось докопаться до истины. К сожалению, мы были из двух разных вселенных, а я к тому же была глупа и наивна и цеплялась за слово «случайность».

Спустя пятнадцать минут я повернула на свою улицу. Через плечо заметила тень человека, который не сильно старался от меня спрятаться. Я остановилась, он тоже. Я, улыбаясь, продолжила путь. Немного погодя позади снова послышались шаги, и когда я повернула к крыльцу своего дома, мимо пробежал Лэнсбери.