Читаем Поцелуй дракона полностью

— Конечно? Не используем? — говорю я, превращая всё в вопрос, потому что он смотрит прямо на меня.

— Хорошо, — говорит он, затем поворачивается и уходит.

Глядя на других девушек, я выгибаю бровь, и они все смеются.

— Что? — я спрашиваю. — Он только что спросил у меня разрешения на использование пещеры, и я понятия не имею, почему.

— Выражение твоего лица, — говорит Делайла, задыхаясь от смеха.

— Да?

— О, Оливия, — говорит Астрид. — Ты такая милая.

От смущения у меня краснеют щеки. Я качаю головой из стороны в сторону, не понимая, что происходит и почему я в центре внимания.

— Я не понимаю, — говорю я.

— Это точно, — говорит Пенелопа, смеясь сильнее.

— Бейли? — спрашиваю я, надеясь, что пожилая женщина сможет пролить свет на ситуацию.

— Оливия, дорогая, — говорит она, кладя мне руку на плечо. — Ты наш де-факто лидер. Теперь мы рассчитываем на тебя. Разве это не очевидно?

— Э-э, нет? — Почему? Такое ощущение, будто тяжесть мира легла на мои плечи. Я не готова к этому. — А как насчет Ланы? Она здесь лидер, а не я.

— Моя дочь — охотник, и она этого хочет, — говорит Бейли. — Она будет гулять с Астаротом и другими мужчинами. Ты единственная из нас, кто будет здесь, кто говорит на змае. У остальных из нас не было времени выучить его в то время, когда всё так быстро произошло. По умолчанию это сделало тебя нашим лидером.

— Но я не…

— Да, это так, — говорит Делайла, прерывая собственный смех. — Ты никогда не задумывалась об этом, не так ли? Мы всё обговорили. Ты идеальна, и ты та, кого мы сами хотим.

«Аааа! Ладно, девочка, соберись, ты сможешь».

— Хорошо, — улыбаюсь я.

— Итак, вернемся к тому, над чем мы работали, — говорит Пенелопа. — Если мы сделаем это место общим пространством, мы сможем создать секции для выполнения работы, которая нам всем нужна.

— О какой работе ты думаешь? — я спрашиваю.

— Все, что лучше делать в компании, — говорит она. — Подготовка продуктов к хранению, изготовление одежды, рукоделие.

На ходу мы идём вдоль всей пещеры. Сзади в стене есть трещина, сквозь которую светится слабое голубое свечение. Щель высокая, но узкая, достаточно широкая, чтобы в неё могли проскользнуть маленькие девушки. Мне придётся повернуться боком и прижать грудь, чтобы она поместилась.

— Тогда мы построим наши дома в небольших пещерах вверх и вниз по склону скалы? — спрашивает Астрид.

— Я об этом думала, — говорит Пенелопа. — Что ты думаешь, Оливия?

— Звучит неплохо, — говорю я.

— Те из нас, у кого нет… пары? — Астрид превращает свое заявление в вопрос и смотрит на меня.

Мои щёки загорелись, и я не могу встретиться с ними взглядом.

— Ага, — говорю я, отвлекая внимание. — Так это называют змаи.

Пара, звучит так… первобытно. Хотя это заставляет меня чувствовать себя принадлежащим, в хорошем смысле. Я его, заявил Рагнар. Он — всё, о чём я когда-либо мечтала, и даже больше. Серьёзно, какая девушка мечтала о человеке-драконе, об одном с двумя… ну да. Я знаю, что нет, не в моих самых смелых фантазиях.

Кровь приливает к моему лицу, уши горят. Блин, я опозорилась, не сказав ни слова.

— Так что да, те из нас, кто не состоит в паре, могут делить пространство с кем-то, как на корабле, — говорит Астрид, продолжая с того места, на котором остановилась.

— О, мне это нравится, — говорит Делайла. — Я не думаю, что смогу спать одна. Это было бы слишком странно, понимаешь?

— Это хорошее решение, — говорит Бейли.

— Ну, я не собираюсь жить в голой каменной пещере, — говорит Пенелопа. — Можем ли мы устроить некоторые удобства?

— У нас есть одеяла, — говорит Делайла. — Но это не жизнь в комфорте.

— Тот толстый мех у этих… как они называют этих тварей? Те, что похожи на разросшегося буйвола с зубами и странной мутацией? — спрашивает Бейли.

— Биво? — спрашиваю я, догадываясь, что она имеет в виду.

— Я думаю, да. У них густой мех. Если бы охотники смогли собрать его для нас, мы могли бы начать делать подстилку. Если мы обработаем его и сохраним мех, то мы сможем использовать их вместо матраса.

— Это хорошо, — соглашается Астрид.

— Где Араун, он кожевник, он знает, сможем ли мы это сделать, — говорю я.

— Кто из них Араун? — спрашивает Пенелопа.

Я описываю ей его, и она улыбается с искрой в глазах.

— О, да, я видела, как он снаружи над чем-то работал.

— Хорошо, тогда я поговорю с ним позже, — говорю я.

— Хранение, будет следующее в списке, — говорит Астрид.

— Можем ли мы что-нибудь сплести? Сделать корзинки? — спрашивает Пенелопа.

— Из чего нам плести? — спрашивает Бейли. — Проблема всей этой проклятой планеты в том, что на ней не так уж много материала для работы.

— Астарот говорит, что недалеко отсюда, на западе, есть оазис, — говорю я. — Тот, у которого мы с Рагнаром остановились после того, как заблудились во время бури, был богат растениями. Наверняка там найдётся что-то, что мы могли бы использовать в качестве материала для плетения.

— Тогда нужна вылазка в оазис? — спрашивает Делайла.

— Нам придётся согласовать это с Рагнаром, слишком опасно идти в одиночку.

Каждая дала своё согласие.