Читаем Поцелуй дракона полностью

Моё горло сжимается от страха. Когда я напрягаю глаза, чтобы увидеть, откуда доносятся звуки борьбы. Его хвост оказывается на свету, затем его спина выдвигается из темноты.

— РАГНАР! — кричу я, указывая пальцем на ещё одного монстра, прыгающего сбоку.

Он почти добрался до него. Я не могу пошевелиться, ничего не могу сделать, нет времени. Оно точно доберётся до него, острые зубы порвут его, и я его потеряю!

Его рука бросается на свет и хватает монстра прежде, чем тот достиг его.

Выпуклые бицепсы напрягаются, мышцы колеблются, когда он поднимает монстра, вес которого, должно быть, триста или четыреста фунтов, в воздух, удерживая его там, пока он пытается вырваться на свободу. Скрежещут зубы, когти бьют по воздуху, отчаянно пытаясь найти опору в плоти Рагнара.

Рагнар снова выходит на свет. Другой рукой он держит ещё одного монстра. Раны на его спине раскрылись, и кровь льётся, капая с его хвоста и растекаясь по земле.

Его сила проявляется в полной мере, он поднимает двух существ на расстояние вытянутой руки. Они шипят, когда их зубы открываются и закрываются. Рагнар громко кричит, боевой клич, который зажигает надежду, а затем сбивает двух монстров вместе, разбивая им черепа.

Они оглушены ударом и обмякают в хватке Рагнара. Он роняет одного и кладёт обе руки на другого. Он поворачивает его, и раздается хруст.

Присев, не отрывая глаз от тени, он делает то же самое с другим.

Моё сердце колотится в груди. У меня легкое головокружение. Такое проявление силы разжигает в моей душе пламенную страсть, какой я никогда раньше не чувствовала.

Рагнар выходит из света и движется в тени. Страх окрашивает желание ледяным холодом, пока он снова не появляется на свету.

Стоя на коленях, он берёт моё лицо в свои руки и смотрит мне в глаза.

Наша связь сильнее, чем когда-либо. Я чувствую его заботу и страх за меня.

Касаясь его лица кончиками пальцев, я пытаюсь показать, что со мной все в порядке.

— Спасибо, — говорю я, проводя кончиками пальцев по его щеке, затем по шее и по плечам.

Его губы растянулись в улыбке, и он наклонился ближе, принимая поцелуй.

Огонь горит в моих жилах, желание пульсирует в моём сердце. Его прикосновения прохладны для моей горячей кожи.

Дрожь пробегает по моей спине, когда его поцелуй приносит сладкую свободу. Свободу от страха, беспокойства и открывают врата к желанию.

Мои руки скользят по его груди, твёрдые мышцы напрягаются, пока он держится за наш поцелуй. Когда мои руки скользят вверх по его плечам, я касаюсь чего-то влажного, прерывая момент.

— Ты ранен! — восклицаю я, отстраняясь от поцелуя.

Он качает головой, как будто понял, затем наклоняется для ещё одного поцелуя.

— Нет! — говорю я, качая головой. — Тебе больно, дай мне посмотреть.

Игнорируя меня или не понимая, он снова наклоняется, но я отталкиваю его.

— Я серьезно, ты ранен, — говорю я, опускаясь на колени.

У меня сильно болела спина и попа. Я уверена, что ничего не сломалось, но мне кажется, что мои ушибы это всё же только ушибы. Они ничто по сравнению с Рагнаром. Держа его за плечи, чтобы он оставался на месте, я встаю и захожу за его спину.

Вид его спины заставляет меня ахнуть.

— О, Рагнар, — говорю я со слезами на глазах.

Кровь сочится из десятков ран, вновь открытых в его борьбе за спасение моей жизни. Меня почти охватывает беспомощность. У меня нет ни воды, ни возможности позаботиться о нём.

Он пожимает плечами и поворачивается ко мне лицом. Слеза скатилась по моей щеке, и он вытер её большим пальцем. Я пытаюсь отвести взгляд, смущаясь своих слёз и неспособностью помочь. Он кладёт руку мне под подбородок и заставляет посмотреть ему в глаза.

Он улыбается, смывая все мои опасения. Моя рука приближается к его лицу, и он накрывает её своей. Повернув голову, он целует кончики моих пальцев.

Это прекрасный, идеальный момент, который длился не знаю сколько времени. Время не имеет значения, пока я с ним.

Его рука, лежащая на моей, дрожит. Небольшая дрожь, почти незаметная, за исключением того, что его глаза начали закатываться, веки затрепетали, а затем он рухнул на землю.

Глава 12

Рагнар

Глубокая, пульсирующая боль пронзает мой разум, когда приходит осознание.

— Оливия! — реву я, вскакивая на ноги.

Будь проклята боль, где она! Повернувшись, она бросается мне в руки, прежде чем я успеваю завершить движение. Её мягкая грудь прижимается к моей груди, её руки обнимают меня, её тело прижимается к моему. Когда я обнимаю её, прилив страха за её безопасность отступает, позволяя боли вернуться.

Её голова откидывается назад, её мягкие глаза встречаются с моими. Её сердце бьётся у меня в груди, успокаивая и расслабляя.

Я не знаю, как долго я был без сознания. Потеря крови, должно быть, одолела меня. Мёртвые гастеры лежат кучей за пределами круга луча света из дыры, куда она упала.

Она в порядке. Наблюдав за её падением, я никогда в жизни не боялся так сильно. Я бежал за ней, но знал, что не смог бы добраться до неё вовремя. Это был один из самых ужасных опытов, которые у меня когда-либо были.

Мы обнимаем друг друга какое-то время.