Кай погладил меня по руке, вызвав шквал огненных покалываний, до самых кончиков пальцев ног.

– Они больше не подойдут к тебе. Я позабочусь об этом.

– Спасибо.

– Не благодари меня, – резко ответил Кай. – Брэд прав. Это моя вина. – Я раскрыла рот, чтобы поспорить, но он приложил палец к моим губам, заставляя замолчать. – Все, о чем я думаю с того самого вечера, это то, как сам подтолкнул тебя к нему.

Кай нервно сглотнул ком в горле, и я дотянулась до его руки, сплетая наши пальцы.

– Я в ответе за собственные действия. Я никого не слушала и вела себя глупо и безответственно. В этом нет твоей вины.

Убийственный огонек вспыхнул в его глазах.

– Джереми повезло, что отец Эддисон был дома прошлой ночью, иначе я бы прикончил этого подонка. – На его шее запульсировала вена.

– Ты должен забыть об этом. Никто из них не стоит того, чтобы тратить силы.

Он наклонился, чтобы взглянуть на меня. Мы потянулись друг к другу через кресла, словно два магнита, поддавшиеся естественному притяжению. В тот момент, когда наши взгляды пересеклись, его маска исчезла, и я смогла разглядеть все, что он так тщательно старался скрыть. Мой пульс подскочил, и я сжала его руку еще сильнее, желая притянуть к себе и зацеловать до смерти. Все тело пылало огнем, меня охватило настолько сильное желание, что, казалось, я вот-вот умру.

– Вы понимаете, что я не могу позволить этому продолжаться, пока мы не узнаем результаты? – раздалось бормотание Джеймса. Момент был безвозвратно испорчен. Машинально мы отодвинулись друг от друга, убирая руки. – Надеюсь, вы готовы, потому что это будет нелегко.

– Судя по всему, ты уверен в положительном результате, – сказал Кай с ноткой горечи. – Ты уже в курсе?

Джеймс отрицательно покачал головой.

– Нет. Я узнаю обо всем тогда же, когда и вы. – Он схватил со стола завибрировавший телефон. – Они здесь. Я вернусь через пару минут. – Он поднялся и вышел из комнаты. Мое сердце билось о грудную клетку, и паника обступила со всех сторон.

– Иди ко мне, – прошептал Кай, протягивая ко мне руки. Не нужно было просить дважды. Я бросилась в его объятия, крепко прижавшись к груди. – Я чувствую, как бьется твое сердце, – сказал он, положив руку мне на грудь. – Мое стучит точно так же. – Он взял мою ладонь и опустил ее на бешено колотившееся сердце. Мы оказались так близко, что не прошло и секунды, как Кай преодолел последние сантиметры между нами, прижавшись к моим губам в нежном и едва ощутимом поцелуе. – Я должен был поцеловать тебя в последний раз. – В его глазах блеснули слезы. – Отец прав: если тест подтвердит, что мы родственники, мы больше не сможем идти на поводу у своих чувств. Мы не должны так поступать.

– Знаю, – прошептала я, и слеза скатилась по моей щеке. Шаги на лестнице заставили меня буквально отпрыгнуть от Кайлера. Я успела приземлиться в свое кресло в ту же секунду, как Джеймс вошел в кабинет в компании врача.

Я почувствовала, как все органы в моем теле друг за другом отключаются. Тошнота подкатила к горлу, и я зажала рот рукой в страхе, что меня действительно вывернет наизнанку.

Доктор поприветствовал нас по именам, соблюдая элементарные нормы вежливости, но я ничего не слышала за чудовищным ревом в ушах. Затуманенным взглядом я смотрела, как врач передает Джеймсу конверт, из которого тот достает письменный отчет. Кай наклонился ко мне, схватив за руку, и я отчаянно сжала ее в ответ.

– Дыши глубже, Фэй. – Он успокаивающе погладил мою ладонь, и лишь его прикосновения помогли мне вновь ощутить твердую почву под ногами.

Джеймс резко выдохнул, и я заметила шокированное выражение его лица. Бумаги выскользнули из его рук, упав на пол. Он покачнулся, его колени почти подкосились, и он в отчаянии схватился за край стола, чтобы сохранить равновесие.

– Пап? – В голосе Кая слышались тревога и страх. – Что там?

Джеймс безостановочно моргал, пытаясь прийти в себя, доктор прижал палец к его запястью, чтобы проверить пульс. Это каким-то образом вывело дядю из состояния шока.

– Я в порядке, – уверил он врача, приближаясь ко мне на дрожащих ногах.

Он упал передо мной на колени, и я почувствовала, что мое тело превратилось в один огромный комок стресса. Нервы натянулись как струна.

Единственным звуком в комнате осталось учащенное дыхание Кайлера.

– Дело в том, что… – Голос Джеймса надломился, на лице появилось болезненное выражение. – Я ошибся. Ты не моя дочь. Я вообще не знаю, кто твой отец.

Глава 24