Читаем Поступь Смерти (СИ) полностью

На такой, смехотворно-малой дистанции, меткая лучница просто не могла промахнуться и все три снаряда угодили оскверненному орку точно в сердце, но слугу Пылающего Легиона это только раззадорило: сломав торчащие из него стрелы резким движением руки, краснокожий воин схватил срубленное им дерево одной рукой и без каких-либо усилий швырнул его в свою противницу.

Извернувшись, словно змея, защитница Ашенваля проскользнула под пролетевшим над ней стволом и попыталась вновь выстрелить в приспешника демонов, но оказалось, что тот успел сократить разделяющее их расстояние и удар тупого, но очень тяжелого топора разрубил оружие девушки, а нога орка врезалась ей в живот.

Сила пинка была настолько большой, что тело кал’дорай протащило по земле с добрый десяток шагов и впечатало в ствол древнего деревянного исполина.

— Жалкая тварь! Я вырежу свое имя на твоей коже, прежде, чем разорву тебя на части! — Крутанув свой топор в руке, кровожадный воин сделал шаг вперед, собираясь добить раненую ночную эльфийку, но внезапно краснокожий орк пошатнулся и с огромным удивлением уставился на свои ноги, которые оплела быстро выросшая трава. — Это еще чт…

Вырвавшиеся из-под земли корни оплели свирепого воителя с ног до головы и утянули его вниз, а следом за этим на поляну вышел величественный кентавр, голову которого венчали раскидистые лосиные рога и одна из рук которого представляла из себя деревянную, когтистую лапу. А следом за ним из чащи показалась и свита полубога, состоящая из пары десятков восседающих на спинах тигров и пум воительниц бессмертного народа.

— Владыка Кенариус! — Увидев повелителя лесов и покровителя всех друидов её народа, ночная эльфийка морщась от боли, попыталась преклонить перед ним колени.

— В этом нет нужды… — Полубог махнул своей монструозной рукой и защитница Ашенваля почувствовала, как боль покидает её тело и ей на смену приходят новые силы. — Мое сердце радует твоя храбрость, юная эльфийка, но с порождениями демонической Скверны не стоит сталкиваться в прямой схватке — в Азероте мало тех, кто может противостоять свирепой злобе слуг Падшего Титана…

— Рад, что ты это понимаешь, ничтожество!

Внезапно из ближайших зарослей вырвалась стая волков, на спинах которых восседали краснокожие орки — схватка двух бойцов оказалась лишь приманкой, на которую приспешники Маннорота пытались поймать прячущегося в лесных дебрях полубога.

И теперь, когда Кенарий вышел из чащобы — они не собирались его упускать.

— За Песни Войны! — Словно живая лавина, прислужники Маннорота обрушились на защитников Ашенваля, которые окружили своего повелителя живым заслоном, намереваясь погибнуть, но не пустить врага к хранителю лесов.

Но силы были изначально неравны — питаемые демонической энергией воины не обращали внимания даже на смертельные раны и хохоча смерти в лицо, рвались вперед, круша вставших у них на пути ночных эльфиек.

И самым свирепым был их вожак…

Этот огромный полуголый орк сиганул со спины своего волка прямо на одну из защитниц Кенариуса и раздавив голову её ездового тигра подошвой грубо сделанного металлического сапога, одним ударом располовинил остроухую наездницу в поясе.

Несколько ближайших охранниц бросились ему наперерез и попытались остановить свирепого орка, но тот лишь издал жуткий и полный ярости рев, от которого ночные эльфийки на мгновение замешкались — этого оказалось достаточно, чтобы вождь оскверненных демонами воинов взорвался вихрем из стали и начал метаться в рядах защитниц Ашенваля, сея среди них ужас и смерть.

Топор в руке этого кровожадного громилы пел свою кровавую песню, разрубая все, что вставало у него на пути, а скорость его была настолько большой, что даже Кенарий не смог остановить краснокожего бойца — предводитель орков не задерживался на одном месте дольше мгновения и вырывающиеся из под земли корни каждый раз хватали лишь пустоту.

Натиск слуг Пылающего Легиона был огромен и несмотря на все усилия полубога, силы защитников Ашенваля таяли буквально на глазах. Кал’дорай сопротивлялись отчаянно и с огромной скоростью опустошали приторченные к седлам колчаны, из-за чего то один, то другой орк падал на землю, утыканный стрелами, но натиск кровожадных дикарей не становился слабее.

Желая помочь своим последователям, кентавр взмахнул рукой и окружающие их деревья ожили, но толку от этого «подкрепления» оказалось не слишком много — усиленные Скверной орки рубили ходячие растения лишь немногим хуже, чем обычные и все, чего этим добился хранитель лесов, это небольшого продления агонии.

— Лок’Тар огар! — Отрубив голову очередному ездовому тигру, орочий вождь наотмашь ударил по лицу свалившуюся с него ночную эльфийку, сломав ей таким образом челюсть и взяв небольшой разбег, попытался запрыгнуть на Кенариуса, но тот вовремя заметил рывок противника и швырнул ему наперерез сгусток магии.

Вот только «прыгающий» орк оказался лишь иллюзией и пока полубог на него отвлекся, оригинал подкрался к нему с противоположной стороны и с размаху вонзил свой топор в ногу кентавра.