Читаем Постарайся не дышать полностью

– И что она с ними сделала? – спросила Алекс, стараясь не выдать вспыхнувшей надежды.

– Понятия не имею. Когда она умерла, дом продали. Я помню, как мои родители об этом говорили. Наверно, тот, кто его купил, все там повыбрасывал.

– Вам ее не хватает?

– Сейчас уже нет. Очень многие мои знакомые тоже остались в прошлом. Вы просто постепенно отдаляетесь друг от друга и перестаете общаться, и дальше каждый живет своей жизнью. Так что я делаю вид, что Эми среди них. И не думаю о случившемся, – говорила она, прихлебывая латте без кофеина. – Знаете, когда ее нашли, это было… не знаю, это был какой-то невыносимый кошмар. Пока ее искали, я говорила себе, что Эми просто сбежала. Даже злилась на нее – как это, сбежать без меня! Мне казалось, она задумала что-то невероятно смелое и переживает одно приключение за другим. Например, выступает с бродячим цирком… У нее в голове всегда было полно идей. И она ничего не боялась. В общем, я убедила себя, что Эми уже выросла из Эденбриджа и из школы и отправилась брать штурмом большой мир.

Ну так вот, когда ее нашли, – продолжала она, тяжело сглотнув, – и стало ясно, что она не сбежала, мне пришлось вычеркивать все это из памяти. – Она вытерла глаза салфеткой. – Извините, я в последнее время очень чувствительная стала, это все из-за беременности.

Алекс выдавила улыбку.

– Ужасно. Но иначе я бы просто не вынесла. Мы ведь совсем детьми были! Для пятнадцатилетнего подростка это слишком тяжелое испытание. Я изо всех сил старалась выплыть и не потерять из виду свою собственную жизнь. Нельзя было позволить этому крутиться в моей голове бесконечно. Мы обе мечтали вырваться из Эденбриджа, и если бы я сама лишила себя такого шанса, то проявила бы неуважение по отношению к Эми. Думаю, она бы меня поняла. Надеюсь, по крайней мере.

– Вы обращались за психологической помощью к кому-то в школе?

– Нет, еще чего не хватало! Вообще удивительно, насколько быстро в этом возрасте излечиваешься, пусть это и звучит ужасно. Нам устроили какое-то идиотское специальное собрание, на котором директор читал отрывки из Библии, а телевизионщики снимали, как мы выходим оттуда со слезами на глазах. Вот уж что точно не принесло никакого облегчения. – Она помолчала. – Единственное, что я делала, так это заходила к школьной медсестре, когда становилось совсем грустно. И все. Она не знала, чем меня утешить, но мне просто нравилось сидеть там в тишине, вдали от всех. Думаю, частично помогло и то, что скоро начались летние каникулы. Мы выплакали все слезы, вернулись и начали жизнь сначала. К подобным вещам невозможно быть готовым заранее… Никто в здравом уме не подумает, что такое может случиться с кем-то из одноклассников.

– Как вам кажется, чем бы Эми сейчас занималась, если бы ничего не произошло?

– Я думаю об этом с тех пор, как вы мне написали! Я знаю, что больше всего на свете Эми боялась пойти по стопам матери, – говорила Бекки, взвешивая каждое слово. – Родителей она безумно любила, но жили они, конечно, не особо. Маленький дом, паршивая работа, постоянные переживания из-за денег… Эми не собиралась прозябать в Эденбридже, подрабатывая продавщицей! Она хотела добиться всего, чего не довелось ее родителям. Она была умная. Легко потянула бы университет. Не знаю, стала ли бы она в итоге писать, но чем-то творческим занялась бы обязательно. Например, пиаром в музыкальной индустрии, – усмехнулась она и с улыбкой продолжила: – Эми обожала музыку и разбиралась в ней почище многих мальчиков. Всегда была готова пошутить и посмеяться. И всегда готова помериться силами. Не знаю, как насчет замужества… но, в общем, наверное, да. У нее была склонность к постоянным отношениям. Такой уж она уродилась.

Алекс открыла страницу со списком имен.

– Вы не против, если мы поговорим об остальных друзьях Эми?

– Пожалуйста, хотя я ведь больше ни с кем из школы не общаюсь.

– Пока я только пытаюсь вычеркнуть некоторые имена. Все, что вы вспомните, мне поможет. Дженнифер Кросс – это та самая Дженни, с которой дружила Эми?

– Да, она.

– Вы не знаете, как с ней можно связаться?

– С Дженни? Нет, к сожалению, не знаю. Мы уже сто лет не общаемся.

– Думаю, вам обеим тогда пришлось очень трудно. – М-м-м… в общем, да, хотя, надо сказать, справлялись мы с этим совершенно по-разному. Она прямо как будто упивалась своим горем и постоянно говорила об Эми. А мне от этого только хуже становилось.

– А ее парень как все это перенес? Я знаю, что Эми встречалась с Джейком Арлингтоном. Он, наверно, был совершенно раздавлен.

– О, Джейк-то да…Он, по-моему, сражался из последних сил. Когда все это случилось, как раз заканчивался очередной семестр. Ну, вы, наверно, знаете? Сначала он вернулся в школу, почти сразу. А потом все – никто его больше не видел. Я его не осуждаю. Но ходили слухи… знаете, дети ужасно жестоки.

– Слухи? Какого рода?