Читаем Пост сдал полностью

– Если бы я создала сайт, то могла бы его закрыть. Но я лишь получила флешку со всеми параметрами сайта от доктора Зет. Вставила в компьютер и загрузила. А когда он ушел, провела небольшое расследование.

– Начиная с обратного запроса ди-эн-эс, верно? – интересуется Холли.

Фредди кивает.

– Девушка кое-что умеет.

Холли поворачивается к Ходжесу.

– Ди-эн-эс – система доменных имен. Программа прыгает с сервера на сервер, словно по торчащим из воды камням, и спрашивает: «Вы знаете такой сайт?» Продолжает спрашивать, пока не находит нужный сервер. – Холли обращается к Фредди: – Но даже располагая нужным ай-пи-адресом, вы все равно не смогли войти?

– Да.

– Я уверена, что Бэбино прекрасно разбирается в проблемах человеческого мозга, – говорит Холли, – но сильно сомневаюсь, что он достаточно силен в компьютерах, чтобы заблокировать доступ к сайту.

– Меня привлекли только для помощи, – вставляет Фредди. – Это Зет-бой принес мне программу для модификации «Заппитов», на бумажке, как рецепт кофейного торта. Готова поспорить на тысячу долларов, что о компьютерах он знает только как их включить – при условии, что видит кнопку на корпусе – и как попасть на любимые порносайты.

Ходжес ей верит. Сомневается, что поверит полиция, когда докопается до этого, но сам верит. И… Не уподобляйся мисс Красотке Сероглазке.

Тут Холли его зацепила. Еще как зацепила.

– Кроме того, – продолжает Фредди, – после каждого шага в программе стояла сдвоенная точка. Такие же ставил Брейди. Думаю, научился этому в школе, на уроках программирования.

Холли хватает Ходжеса за запястья. На одной ее руке кровь – осталась после перевязки Фредди. Среди прочего Холли помешана на чистоте, и раз она не стала смывать кровь, значит, полностью зациклена на деле.

– Бэбино давал Хартсфилду экспериментальные препараты, что противоречит врачебной этике, но это единственное, что он делал, потому что интересовало его лишь одно: вытащить Брейди из комы.

– Ты не знаешь этого наверняка, – возражает Ходжес.

Она все еще держит его, скорее взглядом, чем руками. Поскольку обычно она избегает визуального контакта, легко забыть, каким яростным может быть ее взгляд, когда она распаляется до предела.

– Вопрос только один, – говорит Холли. – Кто князь самоубийств в этой истории? Феликс Бэбино или Брейди Хартсфилд?

– Иногда доктор Зет был просто доктором Зет, а Зет-бой – просто Зет-боем, только при этом возникало ощущение, что они чем-то закинулись или обкурились, – произносит Фредди мечтательным, напевным голосом. – А вот в активном состоянии это были не они. Когда они были бодрыми, в них сидел Брейди. Верьте или нет, но это был он. И дело не только в сдвоенных точках или обратном наклоне почерка. Я говорю обо всем. Я работала с этим гнусным ублюдком. Я знаю.

Она заходит в спальню.

– А теперь, если никто из вас, детективов-любителей, не возражает, я скручу себе еще один косячок.

16

Брейди, переставляя ноги тела Бэбино, в глубокой задумчивости кружит по большой гостиной «Рогов и шкур». Он хочет вернуться в мир «Заппита», хочет выбрать новую жертву и вновь испытать приятные ощущения, возникающие, когда побуждаешь кого-то переступить черту. Но для этого необходимо спокойствие и ясность мыслей, а их нет и в помине.

Ходжес.

Ходжес в квартире Фредди.

Расколется ли Фредди? Друзья и соседи, на востоке ли встает солнце?

И тут, по мнению Брейди, возникает два вопроса. Первый: сможет ли Ходжес отключить сайт? Второй: сможет ли Ходжес найти его здесь, в этой глуши?

Брейди думает, что ответ на оба вопроса один: да, – но чем больше людей он подтолкнет к самоубийству, тем сильнее будет страдать Ходжес. И если смотреть на проблему под этим углом, это даже хорошо, если Ходжес начнет искать дорогу сюда. Тогда он, Брейди, успеет приготовить лимонад из лимонов. В любом случае у него будет время. Он отъехал достаточно далеко от города, и снежная буря «Юджиния» играет ему на руку.

Брейди возвращается к ноутбуку, убеждается, что сайт «Конец буквы “зет”» работает. Проверяет количество посетителей. Более девяти тысяч, и большинство (но отнюдь не все) – подростки, которых интересует самоубийство. Интерес этот особенно велик в январе и феврале, когда темнеет рано, а весна, кажется, никогда не наступит. Еще у него есть «Заппит-зеро», и с ним он успеет войти в непосредственный контакт со многими. С «Заппитом-зеро» добраться до них легко, словно поймать рыбу в бочке.

Розовую рыбу, думает он и хихикает.

Брейди успокаивается: похоже, есть способ разобраться с детпеном, если тот вдруг появится здесь, как кавалерия в финале вестернов с Джоном Уэйном. Он включает «Заппит». Пока разглядывает рыб, в голову приходит отрывок стихотворения, прочитанного в старших классах. Брейди произносит его вслух:

– «Не спрашивай, в чем дело, иди и сразу сделай»[51].

Он закрывает глаза. Плавающие розовые рыбы становятся плавающими красными точками, и каждая – подросток, побывавший на концерте. Все они сейчас уставились в свои «Заппиты» в надежде выиграть приз.