Он включил «Заппит», нашел Зет-боя (тот раздавал журналы пациенткам, ожидающим приема в отделении акушерства и гинекологии) и отправил к библиотечному компьютеру. Как только старик сел перед экраном, Брейди вышвырнул его из водительского кресла и взял контроль на себя, уставившись в монитор близорукими глазами Эла Брукса. На сайте «Активы банкротов» он обнаружил перечень всего, что осталось от «Санрайз солюшнс». Активы были разбросаны по двенадцати различным компаниям. «Заппит» в списке была последней, но с точки зрения Брейди только она и представляла интерес. Среди ее активов числились и 45 872 игровые приставки «Заппит коммандер», которые предлагались к продаже по цене 189 долларов 99 центов партиями по четыреста, восемьсот и тысяче штук. Ниже красными буквами следовало предупреждение о том, что часть приставок неисправна, но «большинство в идеальном рабочем состоянии».

От возбуждения Брейди сердце Эла гулко ухало. Пальцы сжались в кулаки. Подталкивание к самоубийству жалкой кучки выживших в Бойне у Городского центра меркло в сравнении с захватившим его новым грандиозным планом: довести до конца начатое тем вечером в аудитории Минго. Он видел, как пишет Ходжесу из-под «Синего зонта»: Думаешь, ты меня остановил? Ошибаешься.

Круто, чего там говорить.

Брейди не сомневался: у Бэбино хватит денег, чтобы купить по игровой приставке каждому зрителю того концерта, но предстояло работать со всеми по очереди, поэтому количество следовало просчитать, чтобы не надорваться.

Он послал Зет-боя за Бэбино. Тот приходить не хотел. Теперь он боялся Брейди, чем доставлял своему пациенту огромное удовольствие.

– Тебе придется кое-что купить, – начал Брейди.

– Кое-что купить. – Покорность. Никакого страха. В палату 217 вошел Бэбино, но теперь перед стулом Брейди стоял доктор Зет, ссутулившийся, с поникшей головой.

– Да. Ты захочешь положить деньги на счет новой компании. Думаю, мы назовем ее «Геймзет анлимитед».

– С зет на конце. Как у меня. – Губы главного невролога Кайнера изогнулись в бессмысленной улыбке.

– Очень хорошо. Скажем, сто пятьдесят тысяч долларов. Еще ты найдешь Фредди Линклэттер новую квартиру, лучше и больше. Чтобы она могла получать купленный тобой товар, а потом с ним работать. Свободного времени у нее не останется.

– Я найду ей новую квартиру, лучше и больше, чтобы…

– Заткнись и слушай. Ей также понадобится дополнительное компьютерное оборудование.

Брейди наклонился вперед. Он видел перед собой сияющее будущее, то самое, в котором Брейди Уилсон Хартсфилд поднимался на вершину славы спустя годы после того, как детпен уверовал, что игра закончилась.

– Самая важная часть дополнительного компьютерного оборудования называется ретранслятором.

«Рога и шкуры»

1

Будит Фредди не боль, а мочевой пузырь. По ощущениям он готов разорваться. Встать с кровати – подвиг. Голова раскалывается, а грудь словно в гипсе. Боли особой нет, но все тело будто закаменело и налилось тяжестью. Каждый вдох дается с трудом.

Ванная напоминает кровавый фильм ужасов, и Фредди закрывает глаза, едва усевшись на унитаз, чтобы не смотреть на всю эту кровь. «Повезло, что осталась в живых, – думает она, пока из нее выливается галлонов десять мочи. – Чертовски повезло. И почему я оказалась в таком дерьме? Потому что отнесла ему фотографию. Права была моя мама, ни одно доброе дело не остается безнаказанным».

Но если уж честно, то ей следует признать, что не фотография привела ее в эту квартиру, где она сидит на толчке в залитой кровью ванной, с шишкой на голове и пулевым ранением груди. Причина – в последующих посещениях Брейди, а она приходила, потому что ей платили пятьдесят баксов за визит. Как девушке по вызову.

«Ты знаешь, что все это значит. Можешь сказать себе, что узнала, лишь когда посмотрела, что записано на докторской флешке, которая активировала кошмарный сайт, но ведь ты знала и раньше, когда модифицировала эти чертовы «Заппиты». Верно? Устроила целый конвейер, сорок или пятьдесят штук в день, пока не загрузила мины во все работоспособные. Более пятисот. Ты знала, что за всем этим стоял Брейди Хартсфилд, а Брейди Хартсфилд – безумец».

Она натягивает штаны, спускает воду, выходит из ванной. В окно гостиной вливается тусклый свет, который все равно бьет по глазам. Прищурившись, Фредди видит, что пошел снег, и плетется на кухню, борясь за каждый вдох. В холодильнике в основном контейнеры с остатками китайской еды навынос, но на дверной полке стоят две банки «Ред-булла». Фредди хватает одну, выпивает половину, чувствует себя лучше. Вероятно, это психологический эффект, но она не возражает.

«Что же мне делать? Господи, что? Есть ли выход из этого кошмара?»