Читаем Post scriptum полностью

С Котовым связано еще одно занятное воспоминание. Он любил полежать в ванне, отдохнуть, расслабиться. Мог там уснуть. Ванная у нас занимала целую комнату с окном во двор, конечно, маленькую, но в новых квартирах я и таких не видела. Ванна в ней стояла большая, длинная. Словом, Котов уснул и стал постепенно сползать так, что чуть не утонул. Как заметила неладное его сестра, я не знаю. Но она вбежала к нам с криком: «Юра тонет!»

Мама и папа в это время сидели за столом с гостями, ужинали. Все повскакали, выбежали в коридор. Ванная заперта на крючок, изнутри какие-то неясные звуки. Папа рванул дверь так, что крючок отскочил. Котов спал, потихоньку сползая всё ниже, лицо его было наполовину в воде. Проснулся не сразу, не мог сообразить, в чем дело. Ну, все оставили Котовых вдвоем, пошли дальше ужинать.

Чем еще памятен этот сосед – он был весьма похож на знаменитого артиста Олега Ефремова. Особенно в фильме «Три тополя на Плющихе» Олег Ефремов – прямо вылитый Котов.

Путешествия

Летом мы живем на даче, но не всё время летних каникул, стараемся предпринять какую-нибудь поездку. Мама работала в археологической экспедиции в Новгороде, там нужен ботаник, так как при раскопках находят деревянные предметы. Егор и я ездили туда вместе с ней в 1965 году, а я – еще и в 1971-м. Ездили в Ленинград, где живут наши родственники, не очень близкие, но мы давно дружим семьями. Бывали в Риге, там останавливались у папиного друга и сослуживца.

Совершили даже еще одну поездку Москва – Горький – Москва, на этот раз вместе с мамой. Маршрут был тот же, только в другом порядке: Москва-река, Ока, Волга, канал. Поездка прошла отлично, в одном только нам не повезло: в тот день, когда были в нижегородском Кремле, на стены не пускали, выходной день. Как и в прошлый раз, у нас была своя каюта. На верхних койках разместились папа и я. Егор сказал, что в прошлый раз он спал на верхней койке, теперь мы должны поменяться. Меня это вполне устроило: там было удобнее, чем на верхней койке в поезде, как-то просторнее, и идет теплоход не так быстро.

Каникулы

Живя в Москве, мы, когда был снег, катались на лыжах, еще ходили на концерты или в театр, не только в каникулы, но и просто по вечерам. На зимние, весенние, даже осенние, самые короткие каникулы старались что-нибудь придумать. Как-то ездили в Отдых, не на нашу дачу, совершенно не приспособленную, а снимали комнату у одних «зимников». Несколько раз гостили у маминых друзей Нины Викариевны и Дмитрия Ивановича. Они москвичи, но жили постоянно в поселке по Белорусской дороге, недалеко от Голицына. По забавному совпадению с нашим Отдыхом, их поселок назывался Летний Отдых.

Для нас он оказывался зимним или весенним отдыхом.

Иногда мы приезжали в Немчиновку. В подмосковном поселке Немчиновке у родителей нашей бабы Кати было целых два или три дома, деревянных, не очень больших, но с большими участками. После революции один из домов остался у родственников как собственный, а в половинке другого жила семья бабушкиного брата дяди Саши; кажется, члены семьи были там прописаны, как в обычном поселковом доме. Кому и в каких долях принадлежал первый дом – история длинная и запутанная, по сей день продолжается. Дом уже почти развалился, но при нем участок в сорок соток и даже маленький пруд. Одна из комнат с отдельным входом, печью и застекленной верандой считалась бабы Кати. Там жила она летом с сыновьями, пока те были маленькими, приезжала и позднее. Вот в эту комнату мы приезжали иногда на каникулы, кроме летних, как я уже писала. Зимой из всех родственников оставалась только семья тети Люси, дочери дяди Саши, жили они в соседнем доме. Как-то мы у них встречали Новый год, папа тоже приезжал. Чаще Новый год встречали дома, иногда приглашая гостей. Телевизора у нас не было, но хватало радиоприемника. Помню даже время, когда радиоприемник был только у кого-то из соседей, кажется, у Лидии Константиновны. Его включали погромче и открывали все двери, чтобы всем был слышен бой курантов.

Один раз на каникулы никуда не уезжали, но наши друзья накупили для нескольких семей с детьми много билетов на детские спектакли. Ходили все вместе, было очень интересно, а потом, представьте себе, наступил момент, когда и в театр не хотелось идти. Развлечения приедаются? Спектакли были не очень хорошие? Или, как опасалась мама, в городе нам не хватало свежего воздуха?

С пятнадцати-шестнадцати лет Егор предпочитал ездить один. Он побывал снова в Ленинграде и в Прибалтике, ездил в Саров. Интересы его разнообразны, но это не стандартные экскурсии или поездки на курорт. Купаться, загорать – это не для него. К тому же Егор всегда плохо переносил жару, на солнце его кожа сильно обгорала. Это заметили еще по поездкам на Азовское море.

Выбор специальности