Читаем Последыш Древних полностью

И последний человек из комиссии, генерал Юрай Эрахов, – сутулый и совершенно седой мужчина с обожженным лицом. Потомственный дворянин и очень богатый человек, владевший четвертью провинции Северная Морея. Генерал командир 22-го полка, расквартированного в Рупьенгарде, и по слухам, на базе его полка разворачивался 14-й легион. Причем сформировать его Эрахов собирался из крестьян, проживавших и трудившихся на его землях, и собственных дружинников. Что немаловажно, за свой счет. А на должности офицеров набирались исключительно его вассалы. Так что в учебном лагере он личность случайная и что здесь делал, не понятно.

Как положено, я представился и замер. Меня ни о чем не спрашивали, и только майор Кано незаметно подмигнул, словно старому приятелю. Это был добрый знак, а затем полковник Риф протянул мне свернутый в трубочку лист бумаги:

– Примите, корнет Руговир.

Бумага оказалась у меня в руках, после чего, поклонившись, я вышел. Уже в коридоре я отошел в сторону и сразу же ознакомился с документом, из которого следовало, что корнет Руговир направляется в 9-й пехотный полк, в отдельную штурмовую роту капитана Эрнано Агликано. Причем отправляюсь я не самостоятельно, а вместе с маршевой ротой через трое суток.

– Оттар, куда тебя распределили? – Спустя пару минут ко мне подошел Виниор, а за его спиной маячил Оракис.

– Вторая армия, девятый полк, штурмовая рота, – ответил я.

– Серьезно, – с уважением в голосе сказал потомственный фридлозе. – А меня в Первую армию направили, в распоряжение штаба.

– А тебя? – Я кивнул Оракису.

– Мне дорога в столицу, там новое подразделение формируется, какой-то особый батальон, и нужны опытные воины.

– Когда отбываете?

– Сегодня, – ответил Виниор.

– Прямо сейчас, – сказал поручик и добавил: – Жаль, господа. Хотелось бы посидеть с вами в трактире и выпить вина, но не судьба. Впрочем, я уверен, что мы еще встретимся.

«Это хорошо, что уверен, – промелькнула у меня мысль. – Ты, поручик, и в Тараихе был уверен, что вампиры не нападут. Однако ошибся. И как бы тебе сейчас не ошибиться».

Мысль пришла и ушла, и я протянул товарищам руку:

– Давайте прощаться, господа.

Мы обменялись крепкими рукопожатиями и расстались. Все прошло без надрыва и лишних слов, но на душе было как-то неспокойно и чуточку тоскливо.

Впрочем, предаться тоске мне не дали, потому что как только я покинул штаб, то услышал знакомый голос Роя Руговира:

– Оттар!

Я обернулся и увидел брата. Внешне мы были с ним похожи, только он на десять лет старше, волосы носит длинные и в плечах пошире. А еще Рой наследник титула, родовых земель, лейтенант гвардии, следовательно, на одну ступень выше армейцев, и заметная персона при дворе. Он гордость семьи, любимец матери и надежная опора отца. Ну а я так, выходит, мимо проходил, и, если со мной что-то случится, тосковать никто особо не станет. Махнут рукой – сгинул непутевый и странный Оттар, а затем забудут.

– Здравствуй, Рой. – Я постарался напустить на лицо доброжелательное выражение и направился к родственнику.

Приблизившись к брату, я ожидал, что он, как обычно, будет вести себя отстраненно и сдержанно. Однако Рой улыбался, вполне искренне, словно был рад меня видеть, и спросил:

– Как служба, корнет?

– Неплохо, господин лейтенант гвардии. – Мой взгляд скользнул по синему мундиру брата.

– И это правильно. А как тебе назначение? Это я, между прочим, за тебя походатайствовал.

«Надо же, какое большое дело сделал, – не теряя осторожности и выискивая скрытый подвох, подумал я. – Походатайствовал он. Молодец! И отправил меня в штурмовую роту, которая в первом же серьезном бою потеряет от трети до половины личного состава. Специально, что ли? По просьбе матушки, чтобы бастард побыстрее погиб? Очень даже может быть. Однако об этом молчок».

– Благодарю, брат, – приложив правую ладонь к груди в области сердца, я слегка поклонился. – Но зачем ты это сделал?

– Как это зачем?! – Рой всплеснул руками и улыбнулся своей знаменитой белозубой улыбкой, заставлявшей млеть придворных красоток. – Мы родня, и я, как старший, хочу помочь младшему. Вот и определил тебя в роту моего друга Агликано. Он за тобой присмотрит, поможет, если что, и не забудет отметить младшего Руговира в наградном листе. А то война закончится быстро, и ты можешь ничего не успеть.

«Да уж, братец, видать, ты при дворе совсем позабыл, что такое настоящая служба и для чего создаются штурмовые подразделения. И я, человек, который в армии всего-то ничего, второй месяц, соображаю гораздо больше тебя. Ты так улыбаешься и горишь азартом, словно война будет победоносным парадом. А это не так. После общения с Оракисом и другими опытными офицерами я знаю, что рубилово намечается страшное, и твоего оптимизма не разделяю».

Вновь, в который уже раз, вспомнив заветы отца и поручика Оракиса, я сдержал готовые вырваться резкие слова и только кивнул. А брат указал мне на роскошную карету неподалеку от штаба и сказал: