Читаем Последний путь (сборник) полностью

Лишь светом, за собой манящим,

Она была увлечена.

Объята пламенем пьянящим,

Увы! Пусть трижды ты красива.

Пусть даже ты сама звезда!

Полет с высокого массива

Она, в последний раз сверкнувши,

Исчезнув вмиг на полпути,

Погасла, словно бы заснувши.

И злые духи забывают,

Молчанье ангелы хранят.

Лишь только люди вспоминают,

Печально в небо кинув взгляд.

Не забудь мне сказать на прощанье два слова.

«До свидания» – это уже не «Прощай».

Обещай мне глазами увидеться снова,

Обещай своим сердцем. Вслух же – не обещай.

Пусть чело омрачают печати сомненья.

Жизнь с тобой нас создАла – вот ей и решать.

Подарить ли ещё нам златые мгновенья,

Или наши пути меж собой не встречать.

Не холодея от испуга,

Я руки протяну к Луне

Я вижу ночь в формате круга,

В котором жить придётся мне.

Лицо я небесам открою,

Поведав тайну своих лет.

Я вижу ночь в формате воя,

Я сброшу все дневные маски,

Раскрыв себя до глубины.

Я вижу ночь в формате ласки,

Ничтожность золота и лоска,

Погрязла в мелочной войне.

Я вижу ночь в формате воска,

От пламенных страстей сгорая,

Я погашусь в прохладе дней.

Я вижу ночь в формате рая,

И жизнь кипит в ладонях сжатых,

Обогащая вновь меня.

… Я вижу ночь в любых форматах.

Не вижу лишь в формате дня.

Огонь сжигал меня не сразу,

Меня не сразу он спалил.

Он добавлял по полной газу,

Потом чуть-чуть притормозил.

То погружал меня в затменье,

То снова в свет меня вводил.

Подкидывал в меня поленья.

Гореть не может лишь железо.

Увы! Я деревянным был!

На части жизнь свою порезал,

Крича в аду «Не надо рая»,

К себе я демонов привлёк…

Лежит в кострище, догорая,

Печальный белый уголёк.

Укатился домой шар лунный.

«До свидания» нам не сказал.

Просыпается мир безумный.

И гудит, словно Южный вокзал.

Все проснулись – а я засыпаю,

Отвернувшись от света лучей.

Миру утром я не помешаю.

Пустота захлестнула душу.

Обнимает, целует тоска.

Я от мира закрою уши.

Что о ночи ты знаешь, друже?

Если очи свои сомкнул

Сразу, как завершил свой ужин,

Когда таймер пищит надрывно,

Когда песню заводит петух,

В небо я смотрю неотрывно,

Я прощаюсь с богиней Луною,

Ожидая её вновь узреть.

Проклят я! Ей не быть со мною.

Её видеть мне не надоело.

Я ей вслед прошепчу: «Прости,

Просто небо уже заалело.

Значит, час наступил уйти».

Смелее же, клоун, пускай все смеются.

Пускай их поджилки от смеха трясутся.

И пусть на твоей голове есть колпак,

Но время покажет, кто же дурак.

На круглой арене, под куполом белым

Ты выглядишь, парень, довольно несмело,

Всерьёз принимая, что скажут они,

Ты прыгал, скакал, и острил с высоты,

Они надрывали свои животы,

Ты корчил им рожи, махал кулаком.

А может, мы все дураки и уроды?

Ведь дышим мы тем, что пускают заводы,

И гибнем – за что, неизвестно пока.

«Ты что, я нормальный» – ответит любой.

За что же смеются, паяц, над тобой?

Ты – зеркало, их повторяешь движенья,

Смелее же, клоун, пусть дальше смеются,

Они всё равно никогда не проснутся.

И пусть на твой голове есть колпак.

Мне сказал голос тихий с усмешкой:

«Не пытайся найти себе цель.

Всех людей рассмешишь своей спешкой,