Читаем Последний Первый полностью

Ну и Тим прав оказался – в том плане, что Игрок сходу начал нас в Братство зазывать. Мол, с нашими навыками и сработанностью нам прямая дорога в их компанию. А ещё мы с Игорем – он, кстати, очень мне понравился, чисто по- человечески – прикинули, что и как можно с «Аладой» сделать. В смысле, как её модифицировать, чтобы нормальный рейдер среднего класса получить. И Игорь мне открытым текстом сказал: это сложно и дорого, но если ты на наши верфи придёшь уже как благородная донна, в смысле – член Братства, то там и ценник другой будет, и качество работы. К тому же, по их правилам я до первого закрытого контракта взносы платить не должна и все призовые могу смело на модернизацию пустить. Вот как Тим иногда говорит: зуб даю, это Игрок Игоря подговорил мне на мозги покапать!

В общем, мы с Тимом подумали и прикинули – а почему нет? Меня только одно смущало: Тим ведь не просто так, ради моря, на Теллур полетел, у него же тут дела были. Но Тим сказал: если я вступлю в Братство как капитан и владелец корабля, то могу в команду любого брать. Даже не члена Братства, это, мол, не возбраняется. А он срочные вопросы решит и попробует вообще с дел мистера Харта соскочить. Это вроде как можно и даже предполагалось вроде как. И когда я поняла, что Тиму эта идея – в Братство вступить – нравится, то сомневаться перестала.

А в первый же вечер на Теллуре, после того, как мы в гостинице устроились, Игрок нас в город пригласил, в харчевню, как он сказал. Там, говорит, и документы заполнить можно, чтобы в Братство вступить, и отметить это дело, да и вообще, за благополучное возвращение выпить. Я слово такое – «харчевня» – первый раз услышала. Ну, Тим мне и объяснил, что это так ресторан называют. Под глубокую старину стилизованный. Мне аж интересно стало.

И место реально оказалось прикольное. Во-первых, дом был деревянный. Весь. Из натурального дерева. Я так понимаю, что на Теллуре лесов много, с древесиной всё в порядке, но уж очень непривычно было. Хотя ощущения, конечно… С пластотоновыми домами не сравнить. В нём как-то теплее, что ли. Уютнее. И вывеска забавная. «Бар-А-Тино», но первое «а» зачёркнуто и исправлено на «У». Тим сказал, что так тяжёлый армейский лучемёт называется. «Бур-а-тино». Историческое какое-то название.

У входа стояла вырезанная из дерева фигура – вроде космодесантник, если на снаряжение смотреть, но с длинным таким носом, и на голове что-то странное, мягкий головной убор какой-то. Никогда таких не видела. И к ранцу фиговина непонятная приторочена. Прямоугольная, плоская, с надписью «Букварь». Тоже оружие, наверное.

Потолки в зале харчевни были непривычно низкие, а мебель – деревянная, тяжёлая, настоящая такая – столы, скамьи, стойка… А в конце стойки стоял огромный, в половину моего роста кувшин, совершенно непонятно, для чего. Но оказалось, это такой утилизатор: в него надо кидать мусор и недоеденную еду, а он в ответ выдаёт какие-то шуточки, иногда смешные, иногда глупые. Вроде «Чем дальше в лес, тем ближе вылез». Я потом Игрока спросила, он сказал, что сам не знает, кто это придумал, но кувшин поговорки запоминает и случайным образом выдаёт потом. Я, честно скажу, не поняла, к чему это и в чём прикол, но местные явно веселились.

Игрока и его брата с сестрой мы издали заметили – да ключников поди не заметь! Там весь экипаж собрался, кроме Роя, волка. А Игорь с девушкой был, Стеллой. Она не из Братства, как я поняла.

– Вот это наше место для встреч и посиделок, – гордо сообщил Игрок, когда мы подошли. – А ещё – единственная жральня в городе, где можно поесть мясо сангусских птеров.

Игрок это так сказал, что сразу видно было: это самое мясо птеров – что-то очень редкое и вкусное. И Тим сразу оживился:

– Ого! – говорит, – А сейчас есть?

– Есть, потому сюда и позвали. Мы заказали уже, сейчас принесут.

– А что в нём такого необычного? В мясе птеров? Оно очень редкое? Или очень вкусное? Или и то, и другое?

– И то и другое. Плюс его готовить надо уметь. Оно ядовитое, если неправильно собрать и промариновать.

Что-то мне как-то после этих слов птеров совсем расхотелось пробовать, но пока я думала, как отказаться повежливее, нам его принесли. Большие тарелки, на них мясо, узкими полосками порезанное, зеленью какой-то переложено, соусы разные… И запах такой, что я про все свои страхи забыла. В общем, минут двадцать мы больше жевали, чем разговаривали. А потом Игрок нас спросил:

– Какие планы?

– Оперативные или стратегические?

– Да как пожелаешь. Чай не в МУКБОПе.

– Оперативные – метнуться на Марс, – я на Тима глянула, он кивнул. – А стратегические… – я подумала и решилась: – Что, ты говорил, нужно, чтобы к вам присоединиться?

– Ничего. Вон бармен, документы у него берёшь и вступаешь.