Розальба подобрала меч Йорша. Ощущение тяжести эфеса вернуло ей мужество. Она не раз держала этот меч в руках — когда жарила из яиц чаек яичницу, которая получалась золотистой, длинной, тонкой, напоминавшей высушенные летним солнцем травинки; когда рубила дрова, которые горели в очаге ее дома; когда раскалывала камни, из которых она построила этот дом. Меч не пачкался, не повреждался, наоборот — его блеск со временем только усиливался.

Видимо, честь быть использованным в сражении с такими исконными противникам, как холод и голод, ничуть не уступала чести разбивать вражеские армии.

Роби подтянула пряжку ремня, на котором висели ножны, повыше, почти к самому плечу, чтобы меч оставался на левом боку и ничто не давило на ее круглый живот, мешая дышать. Корону она водрузила на голову — не только потому, что потайной карман был для нее слишком мал, но и потому, что, после того как Роби унизительно обрили наголо, ей было просто холодно.

Недалеко от них, не обращая никакого внимания ни на недавний галоп кавалерии, ни на вопли приближавшихся орков, неподвижно стоял Энстриил. Роби подошла и усадила на него сначала Эрброу, потом Джастрина. После чего, с неимоверным усилием, которое вырвало у нее громкий стон, тоже взобралась на коня. Ангкеель устроился перед Эрброу.

— Ну, вперед, мой хороший, на восток, — она пришпорила коня. — Мы поскачем быстро, скрываясь среди каштанов, и орки нас не увидят. Они все пешие. Мы выберемся отсюда. Завтра мы всё еще будем живы, и послезавтра тоже.

Конь еще несколько мгновений неподвижно смотрел на кострище, но потом медленно пустился в путь.

Роби внимательно вглядывалась в тени у скал, но нигде не увидела Морона. За неимением коня тот не смог бы отправиться вместе с Судьей. Он должен был быть где-то неподалеку, скрываясь среди камней. Роби, громко и отчетливо выговаривая каждое слово, чтобы наверняка быть услышанной, пожелала ему, чтоб его скорее нашли орки, и напомнила, что для него это было бы куда лучшей участью, чем быть найденным ею.

После чего она направилась в Далигар.

Глава тридцатая

Морон притаился в тени небольшой пещеры, спрятанной в скалах над ущельем. Ведьма, проклиная его, ускакала на коне вместе со своими сопляками — дочкой и этим занудой Джастрином. Полуэльф и полукалека — отличная компания!

С легким разочарованием Морон посмотрел на свой армейский жетон рядового солдата, висевший у него на шее на медной цепочке, которая, впрочем, при правильном освещении могла сойти и за золотую. Но только лишь при правильном освещении.

Кавалерия ускакала. Он и не надеялся, что они примут его за своего, ему не привыкать быть брошенным, но все же…

Они оставили его совсем одного, пешего, между орками и ведьмой — не очень-то вежливо с их стороны. А тут еще и этот орел! К счастью, тот был слишком занят нежностями с девчонкой и потому не набросился на него, Морона, чтобы выцарапать ему глаза.

Возможно, он все-таки оплошал с Эльфом. Надо было требовать место кавалериста, а не простого пехотинца. Тогда о том, чтобы унести его подальше от орков, позаботились бы копыта его коня, а не собственные ноги, зажатые в солдатских кожаных сапогах с металлическими пряжками: Морон никак не мог привыкнуть к обуви и спотыкался на каждом шагу.

Ведьма отправилась на восток, значит, ему лучше было идти в противоположную сторону.

В отличие от Роби, он мог добраться до моря.

Стараясь оставаться в тени, Морон вскарабкался по скалам на самый верх и затаился. Он продвигался ползком, изредка оборачиваясь, чтобы посмотреть на наводившие ужас отряды орков, проходивших внизу. От их жутких боевых масок кровь стыла в жилах, от их диких воплей закладывало уши.

Он всем сердцем пожелал, чтобы они поймали ведьму и разорвали ее на куски.

Но хоть Эльф подох.

Хоть что-то у него получилось.

Правда, соплячка все еще была жива. Вот если бы ее схватили орки… или Судья-администратор, это было бы совсем другое дело.

Но если сопляки доберутся до Далигара, то может дойти до того, что Роби дадут место королевы. Она вроде была внучкой этого, Ард… как его там… того, чье имя называли, — и все вытягивались по стойке «смирно». На голове у ведьмы была корона, на шее — цепь графа, а в Далигаре больше некому было командовать. Королева — это вам не простой солдат вроде него. Уж она-то на все способна. Везет же некоторым! А в Далигар ему теперь дорога заказана. Мало ли, а вдруг Роби таки станет там королевой, как говорил ей тот тип, с цепью на шее — с золотой цепью, а не медной, как у него. И если Роби там королева, то вместо пайка ему, Морону, достанется крепкая веревка, на которой его вздернут на площади.

Но хоть Эльф подох.