Читаем Последний инженер полностью

Внизу, под перекрытиями, между трубами с горячей водой, из подручных материалов — утеплительной пены и старой ткани — был сделан небольшой лежак. Не слишком гигиенично, но тепло и удобно, а самое главное — относительно тихо. Чтобы добиться такой тишины, ему пришлось перекинуть почти всю энергию с этой секции станции на другую. Если учесть, что станция вырабатывала не более семи процентов проектной мощности, он не ожидал никаких перегрузок. В сборочном цехе, который запитал Артур, отсутствовали сырье и, наверное, даже схемы сборки, так что все, что он производил — это шум. Но до импровизированного убежища теперь не долетало ни звука. Первой мыслью, конечно, было перевести энергию на секцию, в которой жил Старик, и надолго лишить того сна с помощью адского грохота. Но Артур отмел эту идею довольно быстро — от настроения хозяина зависела его жизнь.

Энергия ушла в самый дальний угол станции, где шум оживших древних машин никому не мог помешать. Старик, который, конечно, был не в курсе того, что его новоприобретенный раб, в отличие от него самого, умеет работать с центральной консолью станции, тут же отправил Артура ремонтировать «сломанную секцию», в которой как раз и был оборудован лежак.

Артур улыбнулся, радуясь тому, как в очередной раз обдурил Старика. Он уже много раз обманывал его, избегая бессмысленной работы. Но вот чего он до сих пор, за два месяца, не сумел сделать — так это снять проклятый ошейник и вернуться к куда более важным делам, нежели невыполнение чьих-либо поручений.

Подходящие инструменты он уже нашел. Хотя станция в свое время и была прочесана мародерами вдоль и поперек сотни раз, кое-что все-таки осталось. Плоскогубцы, кусачки, две тонкие отвертки, медные проводки, изоляция и зеркало — не так уж и много на первый взгляд, но, чтобы собрать все это, Артуру пришлось потратить на поиски не одну неделю. Он так дорожил этими инструментами, что все время носил их с собой в маленьком мешочке под одеждой. С таким набором, безусловно, можно было обезвредить детонатор и снять ошейник. Но для этой вроде бы плевой процедуры требовались как минимум две руки.

А сейчас у Артура была всего одна.

Лежак получился удобным — мягким, теплым. Места внизу оказалось совсем немного: трубы оставляли мало пространства между собой. Но это было тем, что требовалось Артуру, чтобы успокоиться. Эта маленькая замкнутая камера помогала ему собраться с мыслями, напоминала о прошлом, отгораживала от столь недружелюбного внешнего мира. Он чувствовал себя ребенком, забравшимся в бабушкин платяной шкаф и уснувшим под старой шубой. Не то чтобы у него когда-либо была бабушка, нет, но такую аналогию он находил весьма уместной.

Сняв перевязь, Артур стал напрягать и расслаблять мышцы травмированной руки и аккуратно массировать их. Он не знал, сколько времени уйдет на восстановление, не знал даже, восстановится ли моторика вообще. Определенный прогресс был: раньше любое движение отзывалось в руке дикой болью — теперь лишь любое резкое движение.

Мысли его вернулись назад, к недавнему разговору со Стариком. В последнее время он все меньше и меньше слушал его. Одни и те же истории порядком утомляли Артура, однако в самом начале его пребывания на станции именно эти истории помогли сформировать картину окружающего мира. И картина эта была далеко не красочной.

Люди довольно широко расселились по пригодным для жизни территориям, плотность населения оставалась низкой. Крупные поселения, которые Старик гордо именовал «городами», как правило, располагались вокруг геоэнергетических электростанций, робототехнических заводов или станций терраформирования. Городами этими управляли отдельные личности, обладающие либо уникальными знаниями по управлению станцией, либо большой группой хорошо вооруженных соратников, либо просто достаточной беспринципностью. В ряде случаев — всем, вместе взятым. Такое государственное устройство больше всего напоминало феодальный строй. Что особо удивило Артура, так это то, что разнообразные религии были тут обычным явлением. Порой верования принимали самые замысловатые формы, вникнуть в особенности которых он пока, конечно, не мог. Таким образом, если не считать широкого распространения «древних» технологий — начиная с огнестрельного оружия и двигателя внутреннего сгорания, заканчивая антигравитационными движками и плазменными резаками, — на планете сейчас шли Темные Века Средневековья.

За стенами вышеупомянутых городов царил форменный хаос. В пустоши, например, можно было встретить караван, идущий от города к городу, банду грабителей или мародеров, а может быть, и небольшое кочевое племя. Чтобы отличить их друг от друга, нужно было обладать неплохо наметанным глазом.