– Вы знаете, сколько на свете людей с капиталом не менее двухсот миллионов долларов? – спокойно сказала Алиса. – Около тридцати тысяч. Только в Соединенных Штатах восемьсот миллиардеров, но речь не только о миллиардах.

– А о связях.

Я подняла взгляд и увидела Грэйсона, спускающегося по лестнице. Он подошел к нам, но даже не взглянул на меня. Он был одет во все черное, но не в костюм.

– Пришли мне все, – сказал Грэйсон Алисе, – что ты нашла. – А затем наконец он перевел взгляд на меня. – Где Иви?

Я почувствовала себя так, словно он ударил меня.

– В коттедже, – ответила Ребекка, – с моей мамой и бабушкой.

– Если мы найдем что-нибудь, – сказала я, стараясь, чтобы режущий взгляд Грэйсона не задел меня, – мы позвоним ей.

– Найдем что-нибудь… – Глаза Джеймсона, как лазер, впились в мои. – Касаемо чего?

– Человек, который похитил Тоби, становится более агрессивным, – сказал Орен.

– В каком смысле более агрессивным? – уточнила Алиса.

Ксандр поднес Тирамису к своему лицу и заговорил с ним милым голосом:

– Не переживай. Пожар был небольшим.

– Какой пожар? – потребовал Джеймсон ответа и, сократив расстояние между нами, взял меня за руку. – Рассказывай, Наследница.

– Еще один конверт. Послание вспыхнуло, когда я развернула его. Семь цифр.

Джеймсон провел большим пальцем по тыльной стороне моей ладони.

– Что ж, Наследница. Вперед.

Глава 53

У нас были две потенциальные подсказки: печать и номер.

Учитывая, что мы с Джеймсоном за нескольких месяцев не смогли выяснить, что это был за диск, я решила сосредоточиться на номере.

«Разделяй и властвуй» не было девизом семьи Хоторнов, но сейчас могло бы им стать. Грэйсон занялся финансами: банковскими отчетами, инвестиционными счетами, транзакциями. Ксандр, Тея и Ребекка рассматривали число как дату: 29 декабря 1982 г. Нам с Джеймсоном достались остальные варианты, в том числе номер телефона. Если бы нам действительно не хватало кода города, то заполнение пустого поля позволило бы достичь двух целей. Первая: у нас бы появился номер, по которому можно позвонить. Вторая: у нас бы появилась локация.

Намек на то, где держали Тоби? Или еще одна часть загадки?

– В Соединенных Штатах более трехсот кодов городов, – на память сказал Джеймсон.

– Я распечатаю список, – сказала я ему, но на самом деле мне хотелось спросить: У нас все хорошо?

За тридцать минут попыток – код каждого города плюс цифры 363–1982 – я не смогла дозвониться ни по одному номеру. Сделав перерыв, я поискала номер в интернете и просмотрела результаты. Судебное дело, связанное с дискриминационной жилищной практикой. Бейсбольная карточка стоимостью более двух тысяч долларов. Гимн из сборника духовных гимнов 1982 года в епископальной церкви.

Зазвонил телефон. Я подняла взгляд. Тея подняла свой.

– Скрытый номер, – и потому, что она была Теей Каллигарис и не знала значения слов «сомнение» или «опасение», ответила на звонок.

Две секунды спустя она протянула телефон мне. Я поднесла его к уху:

– Алло?

– Кто я? – раздался голос – тот самый голос.

Этот вопрос не просто достал до моих ушей – он достал меня за эти дни, и сейчас мне стало интересно: похититель звонил на телефон Теи единственно с целью напомнить мне, что он добрался до нее?

– Вы скажите мне, – ответила я. У него не получится вывести меня из себя. Не сейчас.

– Я уже это сделал. – Его голос был таким же ровным, как и в прошлый раз.

Джеймсон схватил список с кодами городов и нацарапал на нем: СПРОСИ О ДИСКЕ.

– Диск, – сказала я. – Вы знали, чем он был. – Я замолчала, чтобы дождаться ответа, которого не последовало. – Когда вы отправили мне его обратно, чтобы доказать, что Тоби у вас, вы знали его цену.

– Именно.

– И вы хотите, чтобы я догадалась? Что это и что это все значит?

– Угадывание, – вкрадчиво сказал похититель Тоби, – для тех, кто слишком слаб умом и духом, чтобы знать.

Эти слова вполне мог сказать сам Тобиас Хоторн.

– Мне установили программу на мобильный телефон твоей маленькой подружки. Я следил за тобой, слушал тебя. Ты там, в его святая святых, верно?

В кабинете Тобиаса Хоторна. Вот что он имел в виду под «святая святых». Он знал, где мы были. Телефон в моей руке показался мне грязным, угрожающим. Я еле сдержала порыв выбросить его в окно.

– Почему так важно, где я? – спросила я.

– Я устал ждать. – И эти слова прозвучали более угрожающе, чем все остальные, которые я от него слышала. – Посмотри вверх.

Связь оборвалась. Я отдала телефон Орену.

– Кто-то установил для него программу на этот телефон, чтобы он мог следить за нами. Так почему же он отказался от этой возможности?

Потому что он хочет, чтобы я думала, что он везде.