Алексей Кондрашин

Последний февраль

За окном слышна вьюга холодного февральского утра. Хочется посмотреть на буйство зимней стихии и поэтому голова сама непроизвольно поворачивается в нужном направлении. Однако ничего не видно. И не потому, что в это время на улице очень темно. Нет. Просто окна в этом помещении выполнены из матового материала. Одна из многочисленных мер конспирации на закрытом оборонном предприятии нашей необъятной.

Ежедневная утренняя планерка отдела аналитики. Помещение размером с обыкновенный школьный класс. Внутренняя обстановка кабинета такая, какая возникает в голове любого если сказать «кабинет для совещаний». Мужчины в строгих деловых костюмах уютно растеклись по креслам, желая напоследок жадно урвать кусочек ничегонеделанья перед началом рабочего дня. Взоры всех устремлены к алтарю данного кабинета-массивному столу и такому же массивному кожаному руководительскому креслу.

Мужчина во втором ряду посмотрел на свои часы. Было без двух минут восемь.

— Здоро-о-о-ва, — как всегда, залетая в кабинет и вальяжно растягивая приветствие, поздоровался Иван.

Наверное, у каждого в детском саду, школе или иных жизненных социальных коллективных объединений был такой человек, как Иван. Неумолкающий весельчак и заводила, который всегда старался находиться в центре всеобщего внимания. Казалось, что Иван всегда был в каких-то делах, вечно с кем-то созванивался, тем самым создавая себе репутацию вечно занятого и «нужного» человека. При знакомстве с таким человеком, ты невольно проникаешься им, его энергетикой и внутри тебе становится приятно, что ты имеешь в знакомствах Такого человека. Однако при более близком и, что наверное еще более важно, правильном ракурсе ты понимаешь, сколько на самом деле мишуры и пуха навешано на столь «важном» человеке. Но как бы то ни было, Ивану нужно отдать должное. В плане работы он хорошо знал свое дело и был квалифицированным специалистом. В купе с его подвешенным языком, знанием как нужно дружить с начальством-все это делало из него важную и, казалось, почти незаменимую единицу коллектива отдела.

Залетев в кабинет, Иван дерзко занял неположенное ему кожаное кресло.

— Мужики, выручайте! — умоляюще обратился к взбудораженному своим резким появлением коллективу Иван. — Пятерка до вечера нужна. Вот так! — тут он указательным пальцем постучал себя по горлу. — Вечером железно верну.

Заметив ходящие среди коллектива сомнения, Иван решил воззвать к человечности и гуманизму присутствующих:

— Вопрос, можно сказать, жизни и смерти.

Просящие глаза Ивана пытались зацепиться хоть за кого-нибудь, кто хотя бы хоть немножко, как считал Иван, был неравнодушен к его просьбе. Однако наступившая в этот момент идеальная тишина и потупленный взгляд большинства куда-нибудь, только не в сторону Ивана, красноречиво говорил о желании людей помочь «нуждающемуся». Казалось странным, что никто из товарищей Ивана, с которыми он весело проводил время в различных заведениях и которые во время подобного рода времяпрепровождения клялись ему в дружбе, сейчас молчали.

Когда Иван озвучил свою просьбу, рука молодого мужчины приятной наружности, сидящего во втором ряду, автоматом незаметно потянулась ко внутреннему карману пиджака. Едва уловимым движением, мужчина провел рукой и убедившись, что содержимое кармана на месте, остался удовлетворен.

Этого молодого мужчину звали Михаил. Он, как и все присутствующие в кабинете, был сотрудником аналитического отдела.

Внутри кармана его пиджака находились деньги. Деньги, которые он вечером после работы собирался перевести своей невесте для покупки авиабилета. Деньги, ровно в размере той суммы, которая сейчас так необходимо требовалась Ивану. И деньги, надо сказать, немалые.

То, что сейчас происходило внутри Михаила, ему самому категорически не нравилось. Еще нечто не до конца сформировавшееся, оно уже начало подниматься откуда-то из его душевных глубин, по мере подъема все более обретая конкретную форму. И это нечто совсем не нравилось Михаилу.

«Так не сметь! Миха, слышишь? Не сметь!» — мысленно приказывал он сам себе.

— До вечера вернешь? — спросил вслух Михаил у Ивана.

«Ну и болван…Кой тебя дернул?» — ругал Мишу внутренний голос.

— Да, Мишань, до вечера ровно и нужно, — расплывшись в максимально милой улыбке и соответствуюшим тоном ответил Иван.

Услышав обещание, Михаил подошел к руководительскому столу и, достав из внутреннего кармана пиджака деньги, протянул их Ивану.

— Спасибо, дорогой, — весь сияя и источая флюиды всего самого хорошего в этот момент, ответил Иван. Взяв деньги и свернув их трубочкой, Иван убрал их в карман брюк.

В это мгновение в кабинет вошел высокий стройный мужчина средних лет в хорошем деловом костюме.

— Всем привет. Иван, Михаил занимайте места, — приятным голосом сказал вошедший мужчина.

— Здравствуйте, Вадим Анатольевич, — поприветствовал стоявший возле руководительского стола Михаил своего начальника.

Михаил и Иван заняли места, после чего началась обычная ежедневная планерка, где обсуждались предстоящие рабочие задачи на день.