Евгений Лукин

Последнее слово автора

(Послесловие к сборнику «Алая аура протопарторга»)

Я пишу фантастику, потому что ничего другого в России не напишешь. Я пишу фантастику, потому что, как выразился Ф.М.Достоевский: «В России истина почти всегда имеет характер вполне фантастический». Мы привыкли к фантастике, мы в ней живем.

Вот вам история, подозрительно похожая на правду. Якобы американцы по наивности часто принимали произведения советских авторов за утопические и антиутопические романы. «Ах, как здорово придумано! – якобы восклицали они в полном восторге. – Куда там Оруэллу! А какая прекрасная проработка деталей!» Им и в голову не приходило, что детали эти не вымышлены, а просто-напросто взяты из жизни. Из нашей с вами жизни.

Казалось бы, что такое социалистический реализм, как не пиршество фантазии! Чего стоит, например, один из наиболее распространенных сюжетных ходов: главная героиня, передовик производства, расстается с любимым человеком только по той причине, что он постоянно не выполняет план. Но господа! Вот вам подлинный случай: муж и жена. Оба коммунисты. Он учится в Высшей партийной школе, специализируясь на антирелигиозной пропаганде. Затем вдруг подает заявление о выходе из партии, поскольку в процессе обучения имел неосторожность уверовать в Бога. И что же супруга? Она немедля разводится с мужем и сама отправляет, его в психушку. Случай, повторяю, подлинный. Стало быть, дело не в социалистическом реализме – дело в самой реальности.

Когда-то во всех наших бедах принято было винить татаро-монгольское иго. Теперь принято сваливать все на советскую власть. Однако следует признать, что и до октября 1917 года Россия была страной вполне фантастической.

Общеизвестный пример: развитие индустрии влечет за собой ломку феодальных отношений. Крестьян сгоняют с земли, и они становятся пролетариями. Это закон для любой страны. Кроме России. Петр Первый, создавая отечественную промышленность, начинает с того, что уравнивает крестьян с холопами, то есть закрепощает их окончательно – причем на добрых полтора столетия. Села приписываются к фабрикам. Крепостной рабочий класс! Да такое ни одному фантасту в голову не влетит.

А как вам нравится, что всякое целенаправленное действие у нас неминуемо приводит либо к нулевому результату, либо к результату катастрофическому? Лучший тому пример – борьба Горбачева с пьянством. Меры, помнится, были приняты самые напрашивающиеся: повысить цены на спиртное, сократить производство алкогольной продукции, строжайше карать за самогоноварение и т.д. Долго потом поминали Президенту вырубленные виноградники и задавленных в очереди старушек. Но главное опять-таки не в этом. Главное в том, что после Указа народ стал пить больше!

Случая еще не было, чтобы, начав укреплять дисциплину, мы бы не добились полного ее развала. Это ли не фантастика?

И напротив: действия парадоксальные, заставляющие подчас усомниться в нормальности правителя, вели, как правило, к успеху. С момента воцарения первого Романова наши самодержцы неустанно боролись с таким исконным отхожим промыслом, как речной разбой, и делали это, кстати, весьма разумно: слали карательные экспедиции, строили укрепления, усиливали охрану судов. В итоге, что ни век – то какой-нибудь Стенька, не говоря уже о бесчисленных атаманах помельче. Но вот пришел овеянный анекдотами Павел Первый и уничтожил речной разбой единым росчерком пера, издав указ о том, что разбоя на реках России больше нет и что всякий клеветник, выдающий себя за ограбленного, подлежит наказанию (судно конфискуется в казну, а владелец его обдирается кнутом и обезноздренный ссылается в Сибирь). Можно сколько угодно спорить о вменяемости Павла, но факт остается фактом: после этого дикого указа разбоя на русских реках не стало.

А нынешние шахтеры! Требуя выплаты заработанных денег, они выходят на рельсы и наносят ущерб не тем, кто зажилил их зарплату, но ни в чем не повинным железнодорожникам, а за компанию и пассажирам. Самое же фантастичное заключается в том, что, действуя таким немыслимым образом, шахтеры в итоге добиваются своего: зарплату им теперь выдают быстрее, чем кому бы то ни было. Разве что только парламентариям…

Кстати, Павел Первый на месте Ельцина справился бы с шахтерами играючи. Он бы просто перестал выплачивать жалованье железнодорожникам, пока движение не будет возобновлено. Прекрасный принцип – наказывать наказанных. В России он неизменно приводил к успеху. Это ли не фантастика?

Да Господи Боже мой! Семьдесят с лишним лет, не считаясь с жертвами, строить утопию, чтобы в итоге сломать ее за каких-нибудь три-четыре года… Вы вдумайтесь, вдумайтесь!..