Читаем Последнее шоу полностью

Велев патрульным не спускать глаз с Битти, Бэллард пошла осматривать трейлер. Надела латексные перчатки, поднялась по двум ступенькам и оказалась внутри. Провела лучом фонарика по маленькому двухкомнатному помещению. Весь пол был усыпан мусором. В трейлере стояла кислая вонь: такая же, как в вытрезвителе Голливудского участка воскресным утром. Прикрыв нос и рот локтевым сгибом, Бэллард ступила на мусор, коим был завален не только пол, но и все остальные поверхности трейлера. Вокруг не было ничего, что могло бы принадлежать Рамоне Рамон. Осмотрев первую комнату, Бэллард прошла во вторую. Там стояла лишь двуспальная кровать с грудой простыней и одеял. И те и другие были в темных пятнах. Вдруг простыни зашевелились, и Бэллард чуть не вскрикнула от испуга. На кровати кто-то был.

— Дайсон, сюда! — позвала она. — Живо!

И тут же услышала, как Дайсон входит в трейлер. Навела луч фонарика на кровать и осветила грязное женское лицо, обрамленное неопрятными дредами. Это лицо, как и шея женщины, было покрыто струпьями. Конченая наркоманка.

— Уводи ее отсюда, — сказала Бэллард.

Дайсон подошла ближе, сдернула простыни с одеялами и вытащила из кровати женщину, одетую в несколько свитеров и курток, вывела ее из трейлера. А Бэллард продолжила обыск, но не нашла ничего, что могло бы представлять интерес для следствия.

Попятившись, она вышла из спальни. В трейлере было кухонное отделение, а напротив него — крошечная душевая, давно не видавшая посетителей. Двухконфорочной газовой плиткой в основном пользовались для того, чтобы готовить дозы героина и метамфетамина. Бэллард принялась открывать навесные шкафчики, подсознательно ожидая, что в них окажутся крысы. Вместо крыс она нашла пустую коробочку из-под одноразового телефона. По сравнению с остальным мусором коробочка выглядела почти новой.

Бэллард вышла из трейлера и направилась туда, где понуро стояли Битти с женщиной в компании обеих патрульных. Протянув коробочку Битти, она спросила:

— Это ваше?

Битти опустил глаза, после чего отвернулся и сказал:

— Нет, не мое. Она уже там была.

— То есть это вещь Рамоны?

— Может, и так. Не знаю. Впервые ее вижу.

Бэллард решила, что коробочка принадлежала Рамоне. Если на ней или внутри нее найдется серийный номер телефона, можно будет проверить сделанные с него звонки, несмотря на то что сам аппарат утрачен и найти его, скорее всего, не получится. Оставалось надеяться, что какие-то из звонков помогут установить связь Рамоны с Трентом. Такие доказательства можно использовать в суде. А это значит, что Бэллард не напрасно затеяла весь этот переполох. Не зря дышала смрадом трейлера.

— Ладно. Спасибо за сотрудничество, — сказала она.

Кивнула Эррере и Дайсон: мол, этих можно отпускать. Обитатели трейлера тут же скрылись в его недрах. Повернувшись к Денверу, Бэллард отозвала его в сторонку на пару слов.

— Спасибо за помощь, Денвер. Примите мою благодарность.

— Без проблем. Это ж моя работа.

— Когда мы говорили о Рамоне, вы сказали, что ее нет уже неделю.

— Точно. У нас тут правило: нельзя занимать чужое жилище, пока оно не простоит пустым четыре дня. Сами понимаете, ребят то и дело винтят, держат по семьдесят два часа. Так что нужно подождать четыре дня, а потом уже заезжать.

— То есть вы уверены, что Бурный заселился в трейлер через четыре дня и это было двое суток назад?

— Так точно, уверен.

Бэллард кивнула. Значит, не исключено, что Рамона была в плену целых пять дней. Терпела боль и унижения, а вчера вечером оказалась на парковке, где ее бросили умирать. Картина вырисовывалась весьма мрачная.

Снова поблагодарив Денвера, Бэллард на сей раз пожала ему руку. Интересно, заметил ли тот, что она все еще в латексных перчатках.

В половине второго она вернулась в Голливудский участок. По пути в детективный отдел заглянула в кабинет начальника смены. Манро сидел у себя за столом, а еще один полицейский — в дальнем углу кабинета, у конторки для составления рапортов.

— Какие новости? — спросила Бэллард.

— По сравнению со вчерашней ночкой все тихо, — ответил Манро. — Так что справляемся.

— Криминалисты до сих пор в клубе?

— Понятия не имею. Они передо мной не отчитываются.

— Раз уж все так медленно, смотаюсь в «Дансерз». Вдруг им нужна помощь.

— От нас точно не нужна, Бэллард. Посидишь здесь: так, на всякий случай.

— На какой такой случай?

— На тот случай, если вдруг понадобишься.

Бэллард не собиралась ехать в «Дансерз». Ей лишь хотелось увидеть реакцию Манро. Он встревожился и за словом в карман не полез. Значит, лейтенанту действительно велели не подпускать Бэллард — а может, и весь Голливудский дивизион — к месту преступления.

— Как твоя потерпевшая? — попробовал сменить тему Манро.

— Пока держится, — ответила Бэллард. — Об этом я и хотела поговорить. Похоже, она выживет. Боюсь, преступник об этом пронюхает и решит закончить дело.

— В смысле? Что, прошмыгнет в больницу? Задушит жертву подушкой?

— Может, и так, откуда мне знать. В прессе это дело не освещалось, но…