Читаем Последнее сердце (СИ) полностью

Еще в городе как только Архангельский сел к нему в машину, Кирилл Сергеевич не объясняя куда и зачем они направляются, выложил другу как на духу, все события минувшего вечера. Родион Аркадьевич надо признаться, был сильно ошарашен услышанным и периодически, украдкой, поглядывал на заднее сиденье, где лежала эта загадочная трость. Впрочем, факты и выводы, которые Кирилл Сергеевич ему привел, не позволяли списать это на последствия влюбленности друга или еще какого другого помутнения сознания. Теперь, когда картина стала понятна, Родиону Аркадьевичу стало интересно, куда собственно они направляются.

- Куда Кира ты меня везешь?

- Не тебя Родя, а нас…

- Ну хорошо, куда мы с тобой мчимся как угорелые? Можно так не гнать?

- Что ты, это мы еще ползем! Вот после 40-го километра дорога станет прямой как стрела, вот тогда я тебе покажу, что такое настоящая скорость.

- Я тоже хочу до пенсии дожить…Не гони, прошу тебя.

Кирилл Сергеевич не стал выводить друга из себя и немного сбавил скорость.

- Ты говоришь, хочешь до пенсии дожить? А я то выходит, не сам до нее дожил, помогли мне выйти раньше срока.

Родион Аркадьевич вздохнул, глядя, как мимо проносятся цветные лоскуты полей и лугов.

- Теперь ясно, что помогли… Я если помнишь, много раз тебе говорил, что ты упираешься зря, но я тогда не знал причины, почему ты такой упертый. Конечно, это был твой личный выбор, никто не скажет тебе, что ты сам виноват, но причина того, что ты оказался на пенсии очевидна - ты пошел против Корпорации.

Кирилл Сергеевич мельком взглянул на друга.

- Куда пошел Родя? Я что, по твоему, революционер-бунтовщик? Выражение “Пошел против”, это явный протест, а разве я хоть одной мыслью, хоть раз бунтовал против системы?

- Не заводись! То, что тебе кажется пустым и надуманным, вполне возможно, а скорее всего весьма важно и существенно для системы. Обрати внимание, что они не просто тебя уволили, хотя легко могли это сделать без всяких объяснений, ты же знаешь. Придумали зачем-то эту хитрую игрушку, - Родион Аркадьевич снова взглянул на трость, - Видимо, чтобы сломить тебя, заставить отказать от своей упрямой воли.

- Далась им моя воля! - воскликнул Кирилл Сергеевич, - Кому теперь от этого лучше?

- Никому не лучше, для них важно, другое.

- Что другое?

- Кира, не придуривайся, неужели ты сам не понимаешь?

Кирилл Сергеевич все прекрасно понимал и сам, дело было в другом, в том, что прожив всю жизнь с чувством благодарности к Корпорации, мировоззрение вдруг перевернулось, явив скрытую сущность некоторых явлений. Кто-то всю жизнь проводит в неведении, кто-то знает, но закрывает на это глаза, а кто-то прозрев как Кирилл Сергеевич, вдруг ощущает себя обманутым и обкраденным.

Родион Аркадьевич, словно прочитав мысли друга, спросил:

- Кира, ты случайно не мстить им задумал?

- Именно так. - не задумываясь ответил Кирилл Сергеевич.

- Откуда этот максимализм и взбалмошная решимость? Зачем вообще тебе все это нужно, когда ты встретил такую чудесную женщину и у вас все впереди?

- Вот именно! У нас все впереди и может даже будет ребенок, но меня вдруг осенило! А что если они отбирают детей от родителей и помещают их в интернаты не с благой целью, а с тем же умыслом, что отбирают наши сердца? Пока дети до восемнадцати лет растут с живыми сердцами, их там воспитывают, как они считают верным, с детства подавляя волю?

Кирилл Сергеевич задумался на минуту.

- Я Родя, поймал себя на мысли, - если я так упорно сопротивлялся отдать им свое сердце, то вряд ли соглашусь отдать им своего ребенка, а это значит - тюрьма.

- Да, воевать вряд ли у тебя получится, таких протестующих, насколько я знаю, тут же ссылали в резервацию - ответил Родион Аркадьевич.

- Поэтому, к черту резервацию, надо изменить сложившийся порядок, чтобы общество вернулось к прежней жизни.

- А ты уверен, что они этого захотят?

- А что хорошего в том, что Корпорация отбирает детей?

- Хорошего может ничего и нет, только не забывай, люди уже не одно поколение так живут, они привыкли. Им внушили, что родив ребенка они уже выполнили свой долг и могут дальше жить свободно, ни в чем себе не отказывая, зная, что об их детях заботится Корпорация.

- Ага, эдакий гипно-сон, вроде человек жив, но кто он даже не понимает!

- Ты уверен, что хочешь перевернуть устоявшийся порядок?

- Это Родя не порядок! Если я и хочу, что-либо перевернуть, так это общий гипно-сон, чтобы все проснулись как я, а дальше сами пусть решают, как им жить. Помнишь крылатую фразу - “Сон разума порождает чудовищ”?

- Помню, только люди приручили своих чудовищ, им сладко их забвение и сдается мне, что когда ты их разбудишь, они тебя же и пожрут.

- Так что же, ты предлагаешь, оставить все как есть?