Читаем После перелома полностью

Я только на совещании как следует рассмотрел Николая Павловича Симоняка. Среднего роста, широкий в плечах, одет по-кавалерийски — в синюю венгерку, отороченную серым мехом. Папаху он сдвигал немного набок, что придавало командарму молодцеватость.

После обмена мнениями по решению, в котором принял участие и я, Еременко задал ряд вопросов командирам корпусов и командующим артиллерией. Внеся кое-какие коррективы в решения командарма и командиров корпусов, командующий фронтом утвердил их и указал Н. П. Симоняку, что начало операции назначено на 27 октября.

* * *

И вот утром 27 октября 10-я гвардейская и 3-я ударная армии при поддержке артиллерии и авиации перешли в наступление. Начало операции было удачным. Гвардейская армия стремительно пошла вперед. В середине дня дивизии 7-го гвардейского стрелкового корпуса ударом с двух направлений овладели городом Ауце, и комкор генерал-майор Андрей Данилович Кулешов немедленно переместил туда свой НП. В это время дивизии 19-го гвардейского сибирского корпуса быстро продвигались вперед, обходя город с севера. Когда тактическая зона обороны противника была взломана, командарм 10-й гвардейской М. И. Казаков во второй половине дня ввел в прорыв приданный ему 10-й танковый корпус генерал-майора М. К. Шапошникова. Задача ему была поставлена такая: прорваться через Ауце к Мызе Абардэ, а в последующем развивать наступление к городу Салдус. Вслед за ним в направлении на Лиэлблидиэне предполагалось ввести 5-й танковый корпус генерала М. Г. Сахно. 

Части 10-го танкового корпуса со стрелками-гвардейцами на броне машин ринулись вперед и к исходу первого дня операции продвинулись в направлении на Салдус на 12–15 километров. В тот день особенно отличились 7-й гвардейский корпус генерал-майора А. Д. Кулешова, 119-я гвардейская дивизия полковника А. И. Ильина и 22-я гвардейская дивизия полковника В. И. Морозова. Воспользовавшись успехом гвардейской армии, двинулась вперед и соседняя справа 42-я армия.

Еще успешнее в этот день действовали соединения 3-й ударной армии, в частности воины 79-го стрелкового корпуса, в командование которым вступил генерал-майор С. Н. Переверткин, возвратившийся после лечения. А в корпусе вырвалась вперед 150-я стрелковая дивизия полковника В. М. Шатилова. С таким же примерно успехом наступали и армии ударной группы 1-го Прибалтийского фронта.

В последующие дни противник подбросил к участку прорыва на автомобилях и в пешем строю большое количество пехоты с других направлений. Появились там танковые части, в том числе под Ауце — 12-я танковая дивизия, а также артиллерия всевозможных калибров. Все резервы вражеской группы армий, как мы узнали от наших разведывательных групп, действующих на Курляндском полуострове, и от пленных офицеров, были стянуты для усиления обороны на подступах к Лиепае, особенно против войск 1-го Прибалтийского. Туда немецкое командование бросило несколько пехотных дивизий, 4-ю и 6-ю танковые дивизии и два танковых полка «тигров». Однако действующие на лиепайском направлении 4-я ударная, 6-я гвардейская, 61-я и 51-я армии совместно с 5-й гвардейской танковой армией давали 1-му Прибалтийскому фронту перевес в силах.

* * *

В последующие дни октября продвижение армий правого крыла фронта на Салдус замедлилось и не превышало 5–7 километров в сутки, а по достижении рубежа озеро Лиэлауцес, Инцени, озеро Карклени, Гаракас наши войска уперлись в подготовленную на этом рубеже оборону и в 30 километрах от Салдуса остановились.

В таком же примерно положении оказались и правофланговые армии И. X. Баграмяна.

В первых числах ноября на наш фронтовой КП приехал представитель Ставки Александр Михайлович Василевский. Он и сопровождавшая его группа генералов и офицеров побывали во всех армиях. А затем маршал Василевский и командующий фронтом наметили новый участок для совместного с 1-м Прибалтийским удара, составили ориентировочный план операции, а также установили сроки перегруппировки войск. Соображения по продолжению операции они направили для утверждения в Ставку.

Ставка предложение на перегруппировку войск и перемену участка удара утвердила. Однако для того чтобы держать противника в постоянном напряжении и не дать возможности ему перебрасывать свои войска морским транспортом в Германию, фронтам предлагалось проводить в процессе перегруппировки главных сил частные армейские наступательные операции.

В дни, предшествующие празднику Великого Октября, начало таким операциям, положила 3-я ударная армия. Отлично подготовленным внезапным ударом трех усиленных танками дивизий противнику был нанесен ощутимый урон в районе города Лайжув. Город и район, прилегающий к нему, были заняты нашими войсками. В последующие дни вражеское командование несколько раз пыталось вернуть потерянные позиции, но его контратаки и контрудары успехом не увенчались. Значительную помощь нашим войскам оказывала авиация. Летчики использовали каждый час ясной погоды, чтобы обрушить на неприятеля бомбовый груз.