Читаем После измены полностью

Ее приняли все и сразу – даже самые отпетые циники и остряки. Конечно, Сашке должна была достаться именно такая девушка! Через пару месяцев он сделал Рите предложение. Свадьбу играли у Риты дома, на Кутузовском, в огромной квартире ее деда – академика-физиолога, известного на весь научный мир. Ритины родители прилетели из командировки из Африки – там они работали врачами. Рита жила с дедом и старенькой няней Дарьей Павловной, которую Рита звала – нянюшей. Эта нянюша вырастила не только Риту, но и ее отца. Теперь она стала слаба и слепа, и все хозяйство вела Рита. О том, чтобы отправить нянюшу в деревню к родне и нанять новую прислугу, речи не было. Рита говорила, что нянюша – член семьи. Дед-академик тоже был плох – мучился давлением и ретиво надвигающимся склерозом.

Стол готовили Ритины подружки и родители Сашки. Свадьба была шумной и веселой – как положено студенческой свадьбе. Сашка светился от счастья.

После свадьбы жить, разумеется, остались у Риты. Ритины родители опять упорхнули к носорогам и жирафам.

К пятому курсу почти все переженились, но жили скученно, в основном с родителями. Собирались у Марголиных – там был простор и кубатура. И еще – всегда полно продуктов. Деду-академику еженедельно полагался правительственный продуктовый заказ.

Рита готовила кучу еды – запекала гуся или поросенка, пекла торты немыслимой вкусноты и сказочной красоты. На Новый год огромную, под потолок, елку украшали старинными, чудом сохранившимися игрушками.

Сашка по-прежнему смотрел на жену влюбленным и затуманенным взором. Рита смущалась и краснела, как подросток.

Дед и нянюша всегда на наших посиделках сидели за столом на почетных местах.

Все было замечательно, все были счастливы. Только у всех уже появились дети. У кого-то даже по двое.

А у Марголиных деток не было. Рита боролась изо всех сил, месяцами лежала по больницам, лечили ее лучшие врачи, ездила на курорты. Ничего, увы, не получалось. Ритуля не беременела.

Медицина еще не набрала должных оборотов. Не было ни ЭКО, ни суррогатного материнства. Были только детские дома. Но Сашка не соглашался категорически. Говорил, что ему нужен или свой ребенок, или не нужен и вовсе.

Рита не успокаивалась. Продолжались ее муки долгих пятнадцать лет. Сашка уговаривал ее смириться. Она плакала и продолжала бороться. Умерли и дед, и нянюша. Вернулись из саванны Ритины родители.

Рита стала раздражительна, она вконец измучилась. И тогда Марголины решили уехать. В Канаде у Сашки жила старшая сестра. Рита сказала, что уж там она точно родит. Сашка грустил. Они бросили успешный Сашкин бизнес, Ритину работу в должности заведующей отделения и умотали в полную неизвестность.

Рита, гениальная Рита, сдала экзамен и стала работать врачом – дело почти невозможное и бесконечно сложное. Сашка тоже встал на ноги и получил должность в хорошей корпорации. Они купили дом под Монреалем, на берегу озера с белыми лебедями. Объездили весь мир, катались на горных лыжах, занимались дайвингом и альпинизмом.

Ребенка Рита так и не родила. Не получилось.

Она остановилась в «Метрополе». Объяснила, что жить в родительской квартире не хочет – много суеты, лишних и ненужных разговоров. Квартира давно без ремонта, грязная и запущенная. Родители отказываются что-либо менять и делать ремонт. Просят, чтобы она оставила их в покое и дала дожить так, как им хочется. Договорились о встрече. Рита долго изучала свой ежедневник и назначила свидание назавтра, в восемь утра. Предложила позавтракать. Меня это удивило – какие такие у Риты важные дела? Ведь не бизнесом же она занимается в Москве? Ну да, наверное, встречи с друзьями, родней, родителями. Понять можно, но как-то неприятно зацепило.

Встала я в шесть – привести себя в божеский вид. Надо постараться! С Ритой мы не виделись лет десять, не меньше.

Ровно в восемь я стояла в холле гостиницы. Рита вышла из лифта. Увидев меня, улыбнулась и прибавила шагу. Конечно, обнялись и расцеловались. Никакой неловкости.

В ресторане заказали завтрак и кофе. Есть совсем не хотелось. Хотелось говорить, говорить и смотреть друг на друга. Я отметила про себя, что Рита выглядит прекрасно. Очень ухоженная, морщин практически нет. Ровный, гладкий открытый лоб, свежие губы. Едва уловимая, умная утренняя косметика, легкий такой освежающий макияж. Только глаза… Глаза выдают возраст. Впрочем, глаза печальные были у Ритуши всегда.

Сначала общие вопросы: как ты, что ты, как здоровье? Как дочка, сестра, мама?

Дальше – вопрос о Леониде. Как он, как бизнес, как себя чувствует?

Я долго молчала и не поднимала на Риту глаза. А потом сказала:

– Здоров. Не беден. Вполне успешен. По-прежнему строен и подтянут. Наверное.

Рита тихо уточнила:

– В каком смысле – наверное? Давно не виделись? – попробовала пошутить она.

Я кивнула и, не сдержавшись, все рассказала. Рита слушала молча, ничего не комментировала. Когда я замолчала, она спросила:

– Что будешь делать дальше? Решила?

Я попробовала пошутить:

– Начну новую жизнь! Может, еще замуж выйду! Чем черт не шутит? Проживу не только новую жизнь, но и вторую!