Читаем После армии полностью

ВОВКА: А из автомата стрелял?

ИЛЬЯ: Да.

ВОВКА: А "деды" у вас были?

ИЛЬЯ: Да.

ВОВКА: Спасибо за интересный рассказ.

ИЛЬЯ: Танька мне вчера сказала, что все эти два года с хоккеистом жила.

ВОВКА: Вот стерва-то.

ИЛЬЯ: Ты же все знал.

ВОВКА: Знал.

ИЛЬЯ: Чего ж не написал?

ВОВКА: Огорчать тебя не хотел.

ИЛЬЯ: Спасибо тебе.

ВОВКА: Страдаешь. Да хрен с ней, забудь. Знаешь сколько девиц на свете? Миллионы. И все не против. У меня в институте, знаешь, сколько бродит голодных, как волчицы. Хочешь тебе приведу какую-нибудь?

ИЛЬЯ: Ты не понимаешь.

ВОВКА: Что?

ИЛЬЯ: Я жениться хотел. Я любил ее, я ей верил.

ВОВКА: Ты странный человек, всем веришь. Как ребенок, ей-богу. А Танька, с таким же успехом можно было верить телевизору!

ВОВКА открыл холодильник.

ВОВКА: Где у тебя селедка.

ИЛЬЯ: Нету.

ВОВКА: Странно. Что ж, придется есть колбасу.

ИЛЬЯ: Вов, я решил все-таки попытаться в театральный. Ты меня можешь послушать?

ВОВКА: Могу, конечно. Ты серьезно?

ИЛЬЯ: А что?

ВОВКА: Ничего.

ИЛЬЯ: И что ты этим "ничего" хочешь сказать?

ВОВКА: Ничего.

ИЛЬЯ: Ты -то хоть меня не отговаривай! Не хочешь помочь, так и скажи!

ВОВКА: Почему, я хочу.

ИЛЬЯ: Тогда, помогай.

ВОВКА: Прямо сейчас?

ИЛЬЯ: Да.

ВОВКА: Хорошо. Что ты собираешься читать?

ИЛЬЯ: То что до армии читал. Тютчева.

ВОВКА: А других стихов ты не знаешь, что-нибудь веселенькое?

ИЛЬЯ: Знаю. Но хочу это. Оно мне близко.

ВОВКА: Ладно.

ВОВКА садится на табурет, напротив стоящего ИЛЬИ.

ВОВКА: Давай, читай. Представь, что я приемная комиссия. Из ста двадцати членов.

ИЛЬЯ: Так много не бывает.

ВОВКА: Бывает. Давай.

ИЛЬЯ сразу зажимается, становится деревянным, еле выдавливает из себя слова.

ИЛЬЯ: Федор Иванович Тютчев. Кораблекрушение. "Надежда и любовь - все все погибло. А сам я бедный обнаженный труп..."

Неожиданно ВОВКА начинает смеяться. Он пробует остановиться, но смех душит его.

ИЛЬЯ: Что такое?

ВОВКА: Ничего.

Еще один приступ смеха, который ВОВКА с трудом подавляет.

ИЛЬЯ: Если ты пришел издеваться надо мной, тогда уходи.

ВОВКА: Прости меня. Я не сдержался.

ИЛЬЯ: Что значит, не сдержался?

ВОВКА опять хохочет, затем подавляет смех.

ИЛЬЯ: Я не собирался тебя веселить.

ВОВКА: Конечно-конечно. Это я виноват.

ВОВКА прыскает от смеха.

ИЛЬЯ: Ну все...

ВОВКА: Прости, извини. Больше не повторится. А проза у тебя какая?

ИЛЬЯ: Достоевский, "Записки из подполья", отрывок.

ВОВКА: А что, хорошо. И совсем не мрачно.

ИЛЬЯ: Читать?

ВОВКА: Слушай, давай завтра начнем. С утра. Я сегодня что-то легкомысленно настроен. Нет, программу я тебе обязательно помогу сделать. Будешь читать как Юрский.

ИЛЬЯ: Опять издеваешься?

ВОВКА: А сейчас пойдем прошвырнемся. К нам в общагу. Там перец один есть. Каждый день свой день рожденья справляет.

ИЛЬЯ: Зачем это?

ВОВКА: Плохо что ли, каждый день праздник? Пойдем. Там клево. Девки на столах танцевать будут.

ИЛЬЯ: Не пойду.

ВОВКА: Да перестань. Дома что ли будешь сидеть?

ИЛЬЯ: У меня дела есть.

ВОВКА: Знаю я все твои дела.

ИЛЬЯ: Только не надо пошлить.

ВОВКА: Уговорил. А можно я тогда бутылку коньяку у тебя возьму. Неудобно без подарка идти.

ИЛЬЯ: Бери.

ВОВКА берет из холодильника бутылку, а заодно и батон сухой колбасы.

ВОВКА: Ну, бывай. Я пошел.

ИЛЬЯ: Пока.

ВОВКА выходит из квартиры. Илья закрывает за ним дверь и слышит, как он прыскает на лестнице. ИЛЬЯ идет в свою комнату, подходит к своей кровати, засовывает руку под подушку и достает оттуда "еженедельник", садится на кровать и раскрывает его.

ЗАТЕМНЕНИЕ.

КВАРТИРА СКУЧЕНКОВЫХ

Раздается дверной звонок. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА выходит из кухни, подходит к входной двери и впускает в квартиру ИЛЬЮ. Целует его.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Как измоталась, как измоталась сегодня за день. Прямо как тряпка. Отожми и брось. До обеда УЗИ. А в обед и крошки в рот не положила. Успела только котлет несчастных купить.

ИЛЬЯ: Мне никто не звонил?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Не звонила твоя Танька-шманька!

ИЛЬЯ: При чем здесь она?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: А что я такого сказала, чтобы сразу мать оскорблять?

ИЛЬЯ: Все, я молчу.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Куда ходил, сыночек?

ИЛЬЯ: Во Щепкинское училище про первый тур узнавал.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сегодня же я отцу скажу про твои щепки. На меня тебе наплевать, так его послушаешься. У него разговор короткий, ты знаешь.

ИЛЬЯ: Знаю, знаю. Дай поесть.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Погоди на кухню идти. Ты Веру Исаковну помнишь?

ИЛЬЯ: Нет.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Жизнь нашу приходила страховать. У нее еще на макушке лысинка.

ИЛЬЯ: Не помню.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Так у нас сейчас дочка ее на кухне сидит.

ИЛЬЯ: Какая дочка?

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Замечательная девушка. Натуральная блондинка. Очень много про тебя слышала и хочет с тобой познакомиться. (кричит) Альбиночка.

ИЛЬЯ: Да ты что?! Какая Альбиночка? Зачем ты ее привела?! Я ухожу!

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: И не думай об этом. Человек ждет. Все. Я в гости. Вы должны друг другу понравиться!

ИЛЬЯ: Мама, ты чудовище.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Шампанское в холодильнике.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА закрывает за собой дверь. ИЛЬЯ остается стоять. Затем поворачивается и идет на кухню. Встает в дверях. За кухонным столом сидит девушка.

ИЛЬЯ: Здравствуйте. Меня зовут Илья.

АЛЬБИНА: Альбина.