Читаем Посланник полностью

Телевидения не было. А даже если бы и было, что за охота пялиться в ящик, по которому всё равно ничего умного не показывают? Читать... Упражняться в материализации объектов из ментала в реальность и обратно... Ползать по информационной сети...

Но Олег слишком часто заставлял её учиться из-под палки, чтобы можно было заниматься этим для собственного удовольствия!

Пить? При одной мысли об алкоголе она почувствовала, как дыхание судорожно учащается, точно лёгкие пытаются нагнать побольше воздуха. Боль в груди, тошнота, отвращение... Нет, спасибо, вино не для нас. Мы вполне можем от пары глотков концы отдать.

Пойти на тусовку? Видеть ей сейчас никого не хотелось. И без того надоели, подхалимы. В официальных документах её королевой никто не называл, но в частных разговорах Виктория иначе и не упоминалась. Чуть насмешливо и вместе с тем уважительно: «королева ментала». Сначала это было прозвищем, что-то вроде никнейма времён Интернета. Потом... Потом до некоторых начало доходить, что она умела на самом деле вытворять с мысленным пространством. И с оборудованием чужих. И с физическими законами.

Теперь плюнуть было нельзя, чтобы не попасть в просителя или подателя жалобы. Так что любая компания в выходной вечер исключалась по определению. Даже соученики при встрече неизменно сползали на политику или решение каких-нибудь «срочных» вопросов.

Когда список развлечений был исчерпан, в голову вновь полезла работа. Девушка заскрипела зубами и попыталась перевести мысли в направление: «как избавиться от работы». Не получалось. Как и раньше, всё утыкалось в одно и то же препятствие: кого бы она ни поставила на своё место, тот будет справляться хуже. А значит, это всё равно рикошетом ударит по ней, Виктории. Если бы здесь был Олег...

Если бы здесь был Олег! Литания последних дней. И ночей, если на то пошло.

Если бы пришёл Посланник из других миров и вновь взял всё на себя...

«...То ты бы тут же вновь начала вычислять, как его убрать. Посмотри в глаза истине, дорогая. Тебе не нравится работать за десятерых. Но безропотно подчиняться и смиряться со своей судьбой нравится ещё меньше».

И то правда.

«Так прекрати ныть. Это унизительно».

Виктория виновато вздохнула. И вдруг её посетила странная мысль. Девушка рассмотрела свою идею так и этак. И пришла к выводу, что выходные ей вредны. А свободное время — вообще смертельный яд. Она от него сходит с ума.

И всё же, всё же...

«Ах-мм. Ау?» — это должна была быть просто обычная мысль, но получилось ментальное послание вглубь собственного разума.

Ответа не последовало. «Внутренний голос? Ты меня слышишь?»

Тишина была какой-то... настороженной. «Есть кто-нибудь дома?»

«Есть».

Так. И что это нам доказывает? Пока что ничего, но начало многообещающее.

«Давай начистоту. Ты — моё подсознание или совершенно посторонняя личность?»

Пауза.

«Данаи Эсэра, к вашим услугам. Можно просто Сэра».

А вот это, моя дорогая, уже похоже на диагноз.

«И не скажете ли, Сэра, что вы забыли в моей голове?»

С ответом внутренний голос медлил, так что Виктория добавила. «Лучше сразу правду. Потом ведь всё равно выяснится, придётся устраивать разборки...»

Голос в голове вздохнул.

«Ну, тогда начинаем с главного. Я — жена того, кого ты знаешь под именем Олега. Когда он был отозван для очередного задания, я отправилась следом. К сожалению, в бестелесном варианте. И, чтобы не раствориться, как какой-нибудь призрак, была вынуждена искать прибежище в теле случившейся рядом с ним женщины».

Виктория ошалело хватала ртом воздух. Такого она не ожидала. И не была уверена, что хотела знать. Жена? У Олега? Как-то вяло, на автопилоте, спросила:

«Почему именно моё тело?»

«По сходству материального носителя. Я в своём мире тоже была Избранной, любое другое тело просто не выдержало бы такого сознания». Бестелесный голос звучал почти... устало.

Избранная (которая из двух?) судорожно сглотнула. Это... это было уже слишком.

Жена? У Олега?

Её мысленный тон был причудливым, извилистым и не вполне чётким, будто гостья испытывала трудности, думая на чужом языке. В то же время даже в таком бестелесном состоянии за её речью чувствовалась... личность. Не скованная холодным самоконтролем сила, как у Натальи, не едва контролируемая дикая энергия, как у самой Виктории, а спокойное знание собственных возможностей. «Самость», что ли. Раз услышав этот стиль мыслей, спутать его с чьим-то ещё было совершенно невозможно. Жена...

«Ты красивая?»

Мысль сорвалась прежде, чем она успела себя остановить. Пауза. Затем спокойным, неосознанно повелительным тоном:

«Подойди к зеркалу».

Растерянная, но совсем не испуганная Виктория поднялась с дивана. Зеркало в комнате было. Хорошее, большое зеркало от пола до потолка, безупречно чистое.