Читаем Портрет смерти полностью

– Вы в первую очередь, – повторила Ева тоном, от которого бросало в дрожь даже старых полицейских. – Немедленно! Мэвис, Леонардо, оставьте нас на минутку.

– Ладно. – Мэвис наклонилась и поцеловала Соммерсета в щеку. – Все будет хорошо, лапочка.

– И ты тоже. – Ева показала пальцем на Рорка. – На выход.

Его синие глаза потемнели.

– Прости, не понял!

– Я велела очистить помещение. Можешь спуститься в спортзал и поколотить андроида или пойти к себе в кабинет и купить Гренландию. После этого тебе сильно полегчает. Ступай, – сказала она и чувствительно ткнула Рорка в спину.

– Отлично! – бросил он. – Я ухожу. Грызитесь сколько влезет. Надеюсь, до перестрелки не дойдет.

Рорк ушел, хлопнув дверью.

Мрачный Соммерсет скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла. Деваться ему было некуда.

– Мне нечего вам сказать.

– Вот и хорошо! – Ева кивнула. – Продолжайте молчать. Лично я и пальцем не пошевелила бы, если бы вы уехали отсюда прямо в кресле и попали под максибус. Но Рорку не все равно. Сколько он на вас потратил? – Она посмотрела на наручные часы. – Около тридцати часов. Он переживал за вас, старался сделать так, чтобы вы были довольны, – если такое вообще возможно. Вы напугали его, а Рорка напугать не так легко.

– Я не думаю…

– Молчите! Вы не хотите в больницу. О'кей, тут я вас понимаю. Вы не хотите иметь дело с медсестрой…

– Черт побери, она все время улыбается!

– Ничего, скоро перестанет. Вы ее живо отучите. Мне она тоже не нравится. Но если я по возвращении с работы увижу, что вы оба расстраиваете Рорка, то быстро положу этому конец.

– Ему нет нужды расстраиваться из-за меня.

– Может быть, но расстраиваться он будет, и вы прекрасно это знаете. Он любит вас. И ужасно переживает, если человеку, которого он любит, плохо.

Соммерсет открыл рот, потом закрыл его и вздохнул.

– Вы правы. Мне очень не хочется это признавать, но вы правы. – Он ударил кулаком по подлокотнику кресла. – Просто я терпеть не могу, когда за мной ухаживают!

– Я вас не осуждаю… У вас здесь есть спиртное? Я имею в виду спиртные напитки.

– Может быть. – Соммерсет нахмурился. – А что?

– Думаю, Спенс собирается реквизировать все ваши запасы. Если бы мне пришлось иметь с ней дело, видеть ее лживую улыбку и слышать ее щебетание, я треснула бы ее по голове бутылкой и заставила замолчать.

Услышав сдавленный смешок, Ева сунула руки в карманы и пристально посмотрела на Соммерсета.

– На случай, если вам захочется сделать то же самое, бутылка должна лежать у вас под кроватью. Там она ее вряд ли найдет.

Соммерсет слегка раздвинул плотно сжатые губы.

– Отличная мысль. Благодарю вас.

– Не за что. Сейчас я позову ее, и вы с ней сможете поспать.

– Лейтенант… – окликнул Соммерсет, когда она пошла к двери.

– Что?

– Она прогонит отсюда кота.

Ева обернулась и увидела, что смущенный Соммерсет слегка покраснел. Она тоже смутилась.

– А вы хотите, чтобы Галахад был с вами?

– Я не понимаю, почему его надо выставлять отсюда.

– Я это улажу. Достаньте бутылку, – сказала Ева. – Я задержу ее на несколько минут, чтобы вы могли побыть в одиночестве.

Выходя за дверь, она услышала скрип колес.

Она прошла на кухню и увидела, что Рорк уговаривает Спенс. Эта женщина все еще улыбалась, но в ее улыбке было что-то пугающее.

– Дайте ему пару минут, чтобы прийти в себя, – сказала Ева и направилась к кофейнику. – Он хочет, чтобы кот был с ним.

– Я бы предпочла, чтобы помещение было стерильным… – начала Спенс.

– Он хочет, чтобы кот был с ним, – бесстрастно повторила Ева и сама одарила медсестру улыбкой, от которой у задержанных бежали по спине мурашки. – А вам следовало бы говорить с ним другим тоном. Ворковать с ним не имеет смысла. Во время Городских войн он был фельдшером и привык подчиняться приказам. Вам придется нелегко, Спенс. От души сочувствую. – Она подняла кружку. – Когда захотите сделать перерыв, чтобы постучать головой о стену, дадите нам знать.

– Что ж, ладно. – Спенс расправила плечи. – Я пошла к пациенту.

Когда Спенс ушла с кухни, Рорк забрал у Евы кружку и залпом выпил.

– Ты справилась с ней куда искуснее, чем я.

– Я не привыкла ходить вокруг да около. Предпочитаю говорить прямо. Где Мэвис и Леонардо?

– Я предложил им поплавать в бассейне. Они хотят остаться и развлекать Соммерсета во время сеанса физиотерапии. Ты не представляешь, как я им благодарен. Если бы они не ждали ребенка, я бы, наверно, купил его им. – Он потер занывшую шею. – Расскажешь мне, о чем у вас шла речь?

– Нет.

– А он?

– Тоже. Я возвращаюсь на работу. Советую и тебе сделать то же самое. Пусть пыль немного уляжется… Да, и прими таблетку от головной боли. – Она улыбнулась. – Говорю это с величайшим удовольствием!

Рорк наклонился и поцеловал ее в лоб, в щеки и в губы.

– Я люблю тебя. Несмотря на эту реплику. Пожалуй, я действительно приму таблетку – хотя еще десять минут назад думал, что и сотни не хватит, – и пойду работать. У меня назначено совещание в «Доче», – сказал Рорк, имея в виду убежище для жертв насилия, которое он финансировал. – Похоже, я все же сумею его провести.