Читаем Портфельчик (СИ) полностью

  Мэгги бросилась на шею сенатора и оставила на его щеке большущий след от помады.

  - Погоди, принцесса, есть недостатки

  - Какие?

  - Лететь придется в Юту, там не позагораешь.

  - Это я переживу

  - И еще: этот человек черножооооэээ... афроамериканец

  - Вот это плохо, ну ничего, напишу, что он афроамериканок ел, все равно вникать никто не будет.

  - Ну, ты же у меня умница!

  Мэгги несколько успокоившись от пережитого восторга, еще раз поцеловала Сенатора - Папика уже немного не по-дочернему, а в уголок рта, не особо обратив на это внимания, побежала к себе собирать вещи для перелета.

  Сенатор, растерянно улыбаясь, потрогал место поцелуя.

  IV

  - Ну, все, мазафака! Вставай, мазафака! Пришел твой трындец, мазафака! - Бушевал из коридора Биф, открывая дверь камеры.

  Бродяга соскочил с нар, держа в одной руке что-то таким образом, что бы это что-то не было видно до поры до времени.

  Жирный Биф продолжал свою тираду:

  - Ну что, мазафака! Будешь знать, как жрать женщин, мазафака!

  По лицу бродяги опять пробежала тень удивления, но в следующий момент он удивился еще больше: следом за Бифом в камеру расталкивая каких-то бугаев "в штатском" буквально ввалилась какая-то светленькая красотка в белой кофточке. В красотке наш герой с удивлением узнал вчерашнюю "мисс чего-то там" из телевизора.

  Тем не менее ,Биф продолжал:

  - Я тебя дерьмом накормлю, мазафака!

  Впрочем, наш герой удивлялся недолго и очень проникновенно спросил у Бифа:

  - Вы не подскажете, как пройти в библиотеку?

  -Чего, мазафака? - опешил Биф. Это были его последние слова в этой жизни.

  V

  Было темно и тихо. Сенатор смотрел в окно из своего рабочего кабинета. Где-то внизу на улице бушевал гей-парад. Гей-парад был знаковый, мэр города, решивший, во что бы то ни стало переизбраться еще раз созвал извращенцев со всех штатов. Сенатор знал, что мэр тоже сегодня там. Сенатору показалось, что он даже заметил его упитанную фигуру среди радужной толпы, одетую в пух и перья и интенсивно трясущую задом.

  Вообще-то Смит, приятельствующий с мэром, прекрасно знал, что мэр - натурал, который косит под гея. Как-то празднуя, какой-то особо удачный распил Сенатор вместе с мэром, прихватив еще 4 девиц из эскорта еды и бутылку виски устроили довольно шумный дебош, продолжавшийся 2 дня. Так как все дело происходило на закрытой секретной вилле, принадлежавшей республиканской партии, а девушки были не только с модельной внешностью, но и с высоким АйКью, про вечеринку никто не узнал. Репутация мэра осталась незапятнанной. Близились перевыборы Мэра, нужно было проводить предвыборную агитацию. Так что не обошлось без кверга на указанном параде. Вся беда была в том, что на гей-парад вместе с мэром добровольно-принудительно были отправлены все работники муниципалитета кто мог бы сейчас помочь Смиту.

  Любой другой отец, узнавший, что его дочь захватили в заложники, наверное, вел бы себя по-иному. Сенатор Смит, узнал об этом по секретной связи всего несколько минут назад, но как всякий человек, имеющий деловую хватку начал размышлять конструктивно.

  Он понял, что ему нужно быть в Юте в этой тюрьме как можно раньше, что из душного офиса в Вашингтоне он не решит эту проблему. А вот в Юте, на месте, решить ее можно было. Нужно быть в Юте ДО того, как его девочку убьет этот человек или ДО того как эти громилы из ФБР начнут штурм камеры. Но хорошо сказать "быть раньше", сложнее сделать. В городе Гей-парад со всеми вытекающими: перекрытые улицы, пробки. К тому же невозможно было найти для сенатора персональный аэробус. Личным же его самолетом Мегги как раз таки улетела в Юту накануне.

  Подумав немного, Сенатор позвонил генералу Мориарти. Мориарти представлял интересы демократического лагеря и возглавлял ФБР, но в сложившейся ситуации не должен был отказать - его свои не поймут.

  - Генерал приветствую

  - Здравствуйте Смит! От лица сил Федерального Бюро Расследований позвольте Вам выразить соболезнования...

  - Подождите генерал соболезновать, рано еще. Мне очень нужна Ваша помощь. Можете прислать за мной вертолет?

  VI

  Комендант тюрьмы для смертников штата Юта был грузным и лысым человеком властной наружности и маленькими усиками под носом. Когда-то он профессионально занимался боксом, а теперь от прежней прекрасной формы остался один живот и уверенно-оценивающий взгляд. Впрочем, несмотря на кажущуюся неповоротливость, мог закатать в жбан не хуже, чем как в былые годы. Многие в тюрьме знали такое качество Коменданта, поэтому и побаивались. Впрочем, до рукоприкладства лично, Комендант опускался нечасто - не чаще, чем пару раз в неделю. Поэтому режим в тюрьме поддерживался, в целом и нарушался не часто.