Читаем Пороги полностью

Манеры и дымок во рту,

В незримых признаках найду,

Что за еда, и что за повар.

Вы не из Маарафа?


1-й боец

Бред.


2-й боец

Мы с Севера.


1-й боец

Мы, в общем, скифы,

Которые…


Зоя

Слова, как рифы.

Непроходимей в жизни нет.

Отец идёт за нами всюду.

Вот и сейчас он там стоит.

Я это чувствую, а вид

Меня пугает.


1-й боец

Отовсюду

Спешит на огонёк любой.

Какого не бывает люда!

Будь он и хилый, и больной,

Будь сам повешенный Иуда.


Зоя

Не смей. Не думай говорить.

Ты видно случая не знаешь.


1-й боец

Э, как серьёзно принимаешь.


Зоя

Им велено того убить,

Кто произнесть сумеет слово,

Кто станет кланяться с колен.


1-й боец

Я будто снова вижу плен,

На этот раз, увы, больного.


Зоя

Я расскажу. Ты только слушай.


1-й боец (с иронией)

Ну-ну, давай. Тушите свет.

Да уберите свой кларнет,

Он очень давит мне на уши.


2-й боец

Не бойся. Говори.

Нам ночь – подруга.

Бросает на луну обрывки туч.

И, кажется, сбежишь с отвесных круч,

Где так опасно потерять друг друга.


Зоя

Рассказывали мне,

Жил в тех краях,

Где реки в берегах текут устало,

Достойный муж,

В ком мудрость перестала

Быть светочью во внутренних ветвях.


И был богат,

И славой не обижен,

Умел пленять и недругов, и жён.

Случилось так, что рано утром он

Как прежде, к воротам своим не вышел.


А прошлым вечером,

От сладких вин беспечен,

Оставшись с дерзкой мыслию один,

Намерился кричать, что господин

На свете том, и будто так же вечен.


“Я всё успел, – он говорил. – Имею

И всех, и вся. Лишь только захочу,

Владеть – владею,

Земли, как свечу

Разжечь войной и потушить сумею.


Душа не как у смертных, – не в сосуде,

И жизнь не как у нищих, – не в пыли.

На арфе струны – судьбы. Посмотри,

Я сам устрою суд тому Иуде.


Среди веков он заблудился, впрочем.

А услыхал призыв – не будет глуп.

Я на внимание не очень скуп,

И мера для греха свершится ночью”.


Лишь только произнёс,

Глядит, а дверь,

Что заперта была – приотворилась.

Владыки сердце в миг остановилось,

В покои входит желтоглазый зверь.


За ним – шаги.

И предстаёт без тени

И бледный, и истерзанный


1-й боец

Слуга.


2-й боец

Досказывай. Охота велика.

Прогнала басня и остатки лени.


Зоя

Так вот. Вошёл.

Как долгий путь уставший,

Босой на ногу и рубахой сер,

Иуда сам.

Владыка онемел.

Так час ему предстал —

Последний, страшный.


Не звёздным светом озарясь глазницы

Уставились на падшего во прах.

“Ты звал меня? Зачем?

Чтоб убедиться

В моём присутствии

Иль тех мирах? —


И белым ликом

Обернувшись к зверю,

Он прошептал. —

Оставь нас с ним вдвоём.

Не бойся. Мы дорогами пойдём

Различными”.


1-й боец

Я в россказни не верю.


Зоя

Глядит владыка,

А в руках Иуды

Лежит верёвка, огибая кисть.

Её концы ведут куда-то в высь

И обегают шею, словно путы.


“Ты меру, – говорит, – назначил мне?

Судить решил

Судом времён и рока?”


“Я поспешил.

Я понял, раньше срока.

Так иногда бывает при луне”.


“Нет. Всё не то”, —

И повернувшись к Небу,

Лицо не смело отыскать глаза,

А те, печальные, глядели за

Созвездия и полумраки.


1-й боец

Мне бы

В то время.

Я бы всё предугадал,

И объяснил, и спас кого бы надо.


2-й боец

Уж, ты б помог, жестокая отрада.


1-й боец

Ну, а тебе я что, не помогал?


2-й боец

Сравненье велико. Не стоит спорить.

Мы родились, когда пришёл наш час,

И, как ни говори, а без прикрас

Урок дослушать до развязки стоит.


Зоя

Да, да. Испуганно,

Не в меру робко,

Владыка попытался встать с колен,

Но голову склонил.

Её, меж тем,

Опутала незримая верёвка.


“Я ухожу, где имя не тревожно,

Где дух, пусть смрадный,

Да почит в углях,

На них мой суд,

Ибо во всех огнях

Ему с прощеньем встретиться не должно.


Прости, Иисус”, —

Сказал и тут же вышел.

Захлопнулось окно, а человек

Не скрывшись вовремя от смертных век,

Упершись в пол, остался неподвижен.

(наступила тишина. Где-то ухнул филин. Мужчинам стало не по себе)

1-й боец

Чудно сказанье. Говоришь,

Что окочурился владыка?


Зоя

К себе не просят в гости лихо,

Коль беспокойно ночью спишь.


1-й боец

Умом, как будто, прояснилась.


Зоя

Мне до Елафа далеко?

Хоть по траве ступать легко,

А боязно.


2-й боец

Скажи на милость.


Зоя

Ну, Фули, нам и впрямь пора.


2-й боец

Куда теперь?


Зоя

Пока не знаю.

Я лучше утром отдыхаю,

Когда вдруг остаюсь одна.


2-й боец

Иди же с богом, да хранят

Тебя все ангелы из рая.


Зоя

Нет, только звёзды заклинаю.


1-й боец

И этому безмерно рад.


Зоя (кукле)


Нам, дочка, надобно домой.

У нас колодец и прислуга.


1-й боец

Ты погляди, какая мука.


Зоя

И даже…даже домовой.


1-й боец

Ступай, ступай.

Явление 11

Зоя, затем Павел

(в степи, недалеко от дома. Сумерки)

Зоя

Ну, всё. Устала.

Как долог оказался путь.

И хоть мне время отдохнуть,

Ни дров вокруг, ни сеновала.

(кукле)

Тряпичная твоя душа.

Ни зла, ни радости не знаешь.

Себя лишь ватой ублажаешь,

Во рту иголку не держа.


Гляди-ка – труп.

Присядем, дочка.

Вот времена. Ни бугорка.

Убили, бросили. Слегка

Подвинули б с дороги.

Ночка

На славу.


Павел

М-м-м.


Зоя

Ты слышишь? Стонет.

Бедняга злится от обид.

Никто не плачет, ни скорбит,

Перейти на страницу:

Похожие книги

1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Михайлович Кожевников , Вадим Кожевников

Детективы / Исторический детектив / Шпионский детектив / Проза / Проза о войне
Генерал без армии
Генерал без армии

Боевые романы о ежедневном подвиге советских фронтовых разведчиков. Поединок силы и духа, когда до переднего края врага всего несколько шагов. Подробности жестоких боев, о которых не рассказывают даже ветераны-участники тех событий. Лето 1942 года. Советское наступление на Любань заглохло. Вторая Ударная армия оказалась в котле. На поиски ее командира генерала Власова направляется группа разведчиков старшего лейтенанта Глеба Шубина. Нужно во что бы то ни стало спасти генерала и его штаб. Вся надежда на партизан, которые хорошо знают местность. Но в назначенное время партизаны на связь не вышли: отряд попал в засаду и погиб. Шубин понимает, что теперь, в глухих незнакомых лесах, под непрерывным огнем противника, им придется действовать самостоятельно… Новая книга А. Тамоникова. Боевые романы о ежедневном подвиге советских фронтовых разведчиков во время Великой Отечественной войны.

Александр Александрович Тамоников

Детективы / Проза о войне / Боевики