Читаем Попутчик полностью

Белик снова не обманул — до самой темноты не позволил спутникам даже присесть и безжалостно гнал небольшой отряд в своем привычном темпе: пятьсот семь шагов бегом, потом двести пятьдесят три — быстрым шагом, затем снова — бегом. И так до самого вечера, пока на небе не высыпали первые звезды и не выглянула луна.

Он ни разу не обернулся, чтобы проверить, не отстал ли кто. Не остановился и не замедлился, минуя голые скаты с редкими вкраплениями чахлых, имевших поистине звериную хватку кустиков, с равнодушием слепого. Его не интересовали ни зеленые ложбинки между камнями, ни мелькнувший вдалеке, чудом пробивший наверх ручеек, ни стайка мелких птиц, что с искренним любопытством проводила необычных гостей взглядами. Крохотные цветы горной фиалки пацан просто не заметил, мелкую сорную травку безжалостно растоптал, но когда углядел впереди сочный алый цветок, напоминающий самый обычный мак, почему-то резко свернул в сторону.

— Плотоядный и ядовитый, — коротко бросил через плечо, поясняя причину.

Таррэн послушно кивнул и молча показал за спину, чтобы остальные не приближались. Сам же внимательно всмотрелся в красноватый венчик, пугливо трепещущий на ветру, оглядел скромную зеленую веточку, ласково обвивающую тонкий стебелек, и невольно содрогнулся, наконец-то увидев ссохшиеся крылышки бабочек и мелких мошек, рискнувших присесть на коварный цветок. Большая часть из них была жестоко изломана, изжевана и брезгливо выплюнута наружу после сочной трапезы. А некоторые еще дожидались своей очереди, бессильно обвиснув в удушающих объятиях тонкого стебля.

Эльф уже собрался пройти мимо, как в этот момент алый венчик дрогнул и, наклонившись, выронил наружу скелетик полевки. После чего снова выпрямился, бодро икнул и замер, выжидая новую жертву.

Заметив, что милый цветочек даже чуть поворачивает в разные стороны нежные усики, Таррэн передернул плечами и поспешил нагнать неутомимого проводника, в очередной раз перешедшего на бег. А потом тоже прибавил шагу, по пути успевая посматривать не только вперед, но и по бокам и даже за спину, внимательно следя, чтобы следующий за ним по пятам Весельчак не оступился или не сорвался, всполошив всю округу.

Пока все было в порядке: рыжий не зря столько лет оттрубил на военной службе, чтобы замарать чистейшую репутацию Бешеных лис. Как ни странно, он еще ни разу не ругнулся, не споткнулся и не упал, стойко утвердив эльфа в мысли, что контролировать и считать его недотепой не надо, несмотря на длинный язык.

Следом за Весельчаком упруго бежал Танарис, затем — Аркан и Ирбис, между которыми следовал Элиар с недовольной физиономией, после них — Сова и Молот, а замыкали короткую цепочку Литур и Урантар. Причем последний явно притормаживал, стараясь держать в поле зрения не только едва заметную тропку и впереди идущих, но и оставшееся за спиной пространство, и даже небо, откуда тоже можно было ждать угрозы.

В какой-то момент Таррэн все же поймал нужный ритм и только тогда сообразил, что Белик не просто отсчитывает шаги, а четко соотносит их с частотой биения сердца перворожденного: ровно сто ударов на бег, еще пятьдесят — на отдых, потом снова бег, и так — до бесконечности. Но откуда он мог это знать? Как отмерял с такой поразительной точностью? Разве что слышал или каким-то образом предугадывал? Темный пока не разобрался и вынужденно оставил очередную загадку на потом. Остальные тоже быстро втянулись, скрупулезно выполняя наказ Белика — ступать след в след. И сейчас растянулись цепочкой на несколько десятков шагов, старательно карабкаясь по коварным склонам с ловкостью прирожденных скалолазов.

Здесь действительно почти не встречались растения, редко когда можно было увидеть полузасохшие кустики чертополоха или колючие ростки храмовника. Возможно, немного выше и южнее склоны действительно кишели опасной для всякого чужака жизнью, но именно поблизости от тропы никакого растительного изобилия не было и в помине. А значит, шансы нарваться на местных обитателей сводились к минимуму, и все это прекрасно понимали. Ради такого подарка стоило потерпеть стертые ноги, ноющие от постоянного лазания по валунам мышцы и гудящие от напряжения стопы.