Читаем Попаданец не туда (СИ) полностью

Здесь очень и очень пригодились мои пожарные вышки. Два месяца назад я подписал указ о создании аналога примитивной пожарной службы в городе. Моё решение пришлось по нраву многим, включая Тайвина и командующего городской стражей, поэтому содержание выделили из худенького городского бюджета. Но много средств не требовалось, благо задумка примитивная. Бурился неглубокий колодец, который принадлежал государству, и из него местные могли черпать ограниченное количество воды (впрочем, в столице никогда не было проблем с водой), а возле него строилась вышка, на которой поочередно дежурили солдаты специального пожарного отряда Золотых Плащей. Вышка возвышалась над прочими зданиями, поэтому они замечали пожар издалека, били в колокол и флажками подавали сигнал наблюдающим, которые дежурили в казармах стражи. Те поднимали отряд пожарных, который на лошадях мчался к месту происшествия и начинал тушить пожар, таская ведра с водой из колодца. Также они запрягали местных жителей в эту работу, приказывая помогать таскать ведра. Те ворчали, но понимали, что пожар может перекинуться на их дома в том числе, весь город-то деревянный, кроме нескольких важных зданий. Прямо как Москва до Наполеона. И да, я поручил разработать семафорную азбуку, где каждой букве и условному знаку соответствует определенное положение рук с флажками. В ночное время суток используют преимущественно флажки белого цвета, а в дневное время красного или черного. Квиберн довольно быстро справился с этой задачей. Так что, теперь в армию и флот постепенно вводилась новая практика передачи сообщений на небольших расстояниях. Не телеграф, конечно, но хоть что-то.

Сейчас весь город звенел, и все пожарные вышки передавали сигнал, а отряда пожарных хватило лишь на одну.

Я пришёл в себя и отдал приказ привлечь к тушению города все имеющиеся людские ресурсы, включая Серую Гвардию, гарнизон и стражников. Более того, когда я понял, что моё присутствие здесь, в смысле возле обгорелых трупов, более не требуется, я принял участие в тушении ближайшего пожара и лично черпал воду из колодца. Таким образом я надеялся внушить людям надежду и осознание того, что их король с ними и не бросил их. Поэтому я старался не задерживаться у одного горящего здания и перемещался от одного к другому, стараясь быть у всех на виду и подбадривая людей.

Пейт остался в Яме, раздавать приказы Серой Гвардии, меня сопровождали Пёс и Лорас Тирелл. Пёс находился в шоковом состоянии, минуту назад узрев единственное, что могло напугать такого взрослого и сурового мужика, как он — горящие как факел люди. Лорас выглядел ничуть не лучше. На его глазах сгорели заживо его отец, бабушка и большая часть родственников. Самого его не задело, потому что он стоял у ворот. Он предпочёл побежать за мной, а не оставаться там и смотреть на сгоревшие останки своих родных. Но даже несмотря на состояние, они пытались убедить меня в том, что королю опасно в такой момент находиться здесь. Да, определенный риск был. Разъярённая толпа могла напасть на меня и убить, в городе могли быть люди Дейнерис, из переулка могла вывалить банда грабителей и много чего ещё, но кто не рискует, тот не пьёт дорнийское. К тому же, всё обошлось. Я спокойно вернулся в замок, после того, как понял, что основные очаги возгорания удалось отсечь от соседних домов и притушить. Пожар ещё бушует в столице, но уже не такой сильный, и победа над ним — дело времени.

Теперь я могу вернуться в Драконью Яму. У входа Лорас умоляюще посмотрел на меня и я кивнул ему. Он поблагодарил и прислонился к внешней стене, лицом к городу и спиной к Драконьей Яме. Он не мог зайти внутрь.

Я же, сдерживая рвотные позывы, приблизился к группке самоорганизовавшихся лордов. Недоумеваю, почему всё произошедшее так слабо влияет на мою психику? Почему я опять не упал в обморок? Почему практически безразлично воспринял ужасную картину, происходящую у меня на глазах? У меня шок и эмоции придут позже? Или я просто ожесточился за время, проведенное здесь? Или же, это всё гены «старого Джоффри»? А может, я просто сошёл с ума и не заметил этого?

— Ваше Величество, — обратился ко мне Рендилл Тарли, чья рука зажарилась как окорок. Позади нас сновали туда-сюда слуги и солдаты, которыми командовал Пицель. Вот уж не ожидал от старика. Они с Квиберном быстро сориентировались и, позабыв обиды, организовали перенос раненых в госпиталь и срочное оказание им первой помощи. — Взяли этих мерзавцев. — Тарли указал вперёд и я заметил трёх человек, стоявших на коленях. Джорах Мормонт, Серый Червь и дотракийец Чхого.

— Она не могла, не могла… — лепетал потрясенный Джорах.

— А ну заткнись, падаль. — Рыцарь с гербом Тарли на доспехе закатил Джораху затрещину. Тот покачнулся и замолчал.

— Что не могла? — спросил я, жестом приказав рыцарю остановиться.

— Не могла сделать такое, — прошептал Джорах.

— Как видишь, — я махнул рукой, охватывая столицу. — Могла и сделала. Но я понимаю тебя, я тоже совершенно не ожидал подобного. — Я замолчал и задумчиво произнёс: — Видимо, она совершенно безумна.