Ему уже разрешили ходить, но он всё равно пошатывался и выглядел паршиво, о чём я ему и сообщил.

— Ты выглядишь дерьмово.

Он криво усмехнулся и приподнял рубашку, обнажив торс.

Несколько повязок были обмотаны вокруг его рёбер, а на животе и груди был огромный синяк. Фактически, весь его корпус был сплошной синевой. Пёс отпустил рубашку.

— Посмотри, какой подарочек мне оставил этот ублюдок.

— Я ошибся, ты выглядишь ещё дерьмовее.

Я улыбнулся, а Пёс ещё раз криво усмехнулся, проковылял до стула и сел. Он снял с пояса бурдюк с вином и начал нещадно оттуда хлебать.

— Не ссы, Сандор. До свадьбы заживёт.

Пёс кивнул и нервно вытер рот.

— Что это за тварь была? Я лишь немного уступаю Горе, а он меня так отмудохал. Моего братца он тоже бы отправил путешествовать в астрал?

— Неважно, что это за тварь была. Важно, что она нам не друг и что она умеет вселяться в чужие тела.

Пёс истерически хихикнул и опять приложился к вину. Истерика от Пса? Интересно, такого я ещё не видел.

Но зрелищу не суждено было случиться, в комнату зашёл Тирион.

— О, я смотрю вы уже начали. — он посмотрел на бурдюк в руках Пса. — Отлично, я как раз принёс своё.

Дядя взобрался на свободный стул и, свесив ноги, последовал примеру Пса.

Мне ничего не оставалось как присоединиться к ним. Я вздохнул и достал из-под подушки толстенный мех с арборским золотым.

Тирион уважительно присвистнул.

— А что, я один единственный люблю дорнийское красное? — спросил он.

— Дорнийцы. Скотоложцы и членососы. Не уважаю их и их вино. — Пёс хотел сплюнуть, но вспомнил, что находится в королевских покоях. — Простите, ваша милость.

Тирион неодобрительно покачал головой и повернулся к Псу, чтобы продолжить дискуссию.

— Дорнийцы может и членососы, зато дорнийки…

— Бесполезные шлюхи. — как-то чересчур резко сказал Клиган.

Тирион внимательно посмотрел на Пса.

— Что? Неужели ты… Вот это да…

— Что? — спросил я.

— Сдается мне, наш суровый Кровавый Пёс врёт, когда говорит, что у него каменное сердце. — с хитрой улыбкой протянул Тирион. — Поверь мне, Джоффри, я в таких вещах разбираюсь очень хорошо.

Пёс злобно зыркнул на него.

— Заткнись, карлик, или я урежу тебя ещё на половину.

— Тогда меня будут называть Полуполумуж. — засмеялся Тирион

— Объясни, что не так с Псом. — потребовал я.

— С Псом всё в порядке. Но, сдается мне, за холодной маской воина прячется влюбленный романтик. — Тирион ещё раз усмехнулся. — Спорю на тысячу драконов, что я прав. Некогда, возможно в юности или несколько лет назад, наш Пёс был влюблен в горячую дорнийку. Либо она ему отказала, либо он не соответствовал её статусу, но так или иначе, она отшила Пса. С тех пор, Сандор Клиган очень озлоблен на дорниек, но он не перестал питать любовь к той даме. Теперь я понимаю, почему Пёс перетрахал всех дорнийских шлюх в столице.

На последних словах Клиган резко вскочил, намереваясь расправиться с болтливым карликом, но ахнув от боли, опустился обратно в кресло.

— Это правда, Клиган? — с любопытством спросил я.

— Угу. — угрюмо пробурчал Пёс, потупив взор. Он стесняется?!

— И как же зовут ту красотку, что смогла растопить ледяное, как Стена, сердце Сандора Клигана? — весело спросил Тирион и пригубил кубок с вином.

— Арианна Мартелл. — буркнул Пёс.

Тирион от изумления чуть не подавился вином.

Глава 28. Утомление

— Ну, рассказывай.

Пёс, уже изрядно налакавшись, икнул и заплетающимся языком начал свой рассказ.

— Это случилось в ту пору, когда ты, Джофф, был ещё совсем сопляком. — Пёс хмыкнул. — Тогда в столицу приперлись дорнийцы. Оберин Мартелл, его ублюдочные Песчаные Змейки и принцесса Дорна Арианна. Прибыли они, чтобы требовать у короля Роберта справедливости. Они настаивали на том, что мой братец Гора убил и изнасиловал Элию Мартелл, которая не имела никакого отношения к Таргариенам. А также они обвиняли лорда Тайвина в том, что это он отдал приказ. На судьбу детей Рейгара, Роберт всегда закрывал глаза, но вопрос Элии Мартелл не поднимался. К тому же, к тому времени Роберт изрядно так охладел по отношению к Ланнистерам и лорду Тайвину. Впрочем, все понимали, что если поторговаться, то дорнийцы были готовы ограничиться головой Горы.

Роберт был согласен обменять жизнь Горы на улаживание щепетильного вопроса, но лорд Тайвин так просто своими вассалами не разбрасывается. Поэтому, силами лорда Тайвина переговоры затягивались и дорнийцы стали понимать, что они ничего не добьются. Тогда, они обратились ко мне. — Пёс щедро отпил из кубка.

— О нашей взаимной с братцем ненависти знали все, это не скрывалось. — продолжил он. — Поэтому, одной жаркой ночью в мои скромные покои кто-то постучался.

Клиган мечтательно вздохнул, словно вспоминая что-то приятное.

— Это была она. Арианна Мартелл, принцесса Дорна.

— Погоди, но разве лорд Доран не держит её в ежовых рукавицах, не выпуская никуда? — спросил я.

— Это так. — кивнул Пёс. — Но эта бестия всегда была охочей до приключений. Никакие рыцари и замки не могли её удержать, если она всерьёз куда-то собиралась. А в столицу она собиралась всерьёз. Она верила, что сможет повлиять на решение Роберта.