В этот момент все рыцари и лорды, окружающие короля, грянули хохотом, потешаясь и улюлюкая над беспомощным и поверженным врагом.

Да, нравы Вестероса весьма жестоки и знатные вельможи зачастую те ещё садисты. Как говорится, власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно.

— Довольно. — на контрасте с шумным смехом, негромкий, но властный голос прозвучал очень отчётливо.

Все прекратили смеяться, включая Джоффри.

— Ты закончил этот балаган? — холодно поинтересовался Тайвин у короля.

«Нет, я только начал» — подумал Джоффри, но вслух он этого не сказал, лишь кивнул.

Глава 17. Дары данайцев

Затем началось скучное, неинтересное торжество и дележка плодов победы.

Награды, раздачи титулов, рыцарских шпор и сочных наделов не тронутых войной.

Лорд Тайвин был провозглашён Спасителем Города, назначен десницей и лордом-регентом. Хотя правильнее было бы сказать, что его просто восстановили в должности.

Лорду Простора Мейсу Тиреллу было пожаловано место в Малом Совете. Сначала хотели дать ему место мастера над кораблями, но я запротестовал и мягко намекнул, что лорд Мейс никогда в море не был и из него флотоводец никакой. Естественно, лишь намекнул. А также предложил назначить лорда Мейса на более подходящую должность, например в статусе простого советника, с правом голоса конечно, а на должность мастера над кораблями поставить более опытного человека, имеющего дело с флотом. Тех же Редвинов или Веларионов, два этих дома находятся на островах и издавна умели строить корабли и управлять ими.

Я старался всеми силами приложить руку к «дележке плодов победы». Принимал решения даже по награждению рыцарей, кого и за что. Это не очень понравилось тем людям, которые надеялись, что я буду сидеть в сторонке и не принимать участия.

Размечтались, это дело чрезвычайно важное.

Именно в такие моменты те, кто участвуют в этой раздаче пряников, приобретают новых друзей, верных подданных, а также расширяют своё влияние.

Поэтому я не собирался оставаться в стороне, постарался приложить руку ко всему и поучаствовать так или иначе во всем, в чем получится.

Поначалу, многие пытались спорить со мной и оспаривать разумность моих решений, но я быстро напомнил им что я, между прочим, король, и что я лично повел войска в бой, тем самым изрядно потрепав силы Станниса, и продержался до прихода подмоги. Тогда они заткнулись, но до конца не успокоились, то и дело, критикуя мои решения. Впрочем, у нас сложился негласный договор о «разделе сфер влияния». Я не протестовал против усиления Тиреллов, а мне давали проталкивать свои интересы.

Гарлан Тирелл, один из сыновей Мейса, получил все земли и доходы Флорентов, которые имели неосторожность поддержать Станниса. Впрочем, у них выбора не было, ведь жена Станниса происходила из дома Флорентов.

Лорас, сын Мейса Тирелла, получил место в Королевской Гвардии. Оно было вакантным, с тех пор как сир Подрик пикой пробил сиру Меррину голову. Официальная версия событий звучала так: королевский гвардеец, сир Меррин Трант, погиб на поле боя от рук вражеской армии.

И да, я не забыл той стычки с гвардейцами, поэтому моими стараниями Подрик отныне рыцарь. Официально он был награжден за заслуги на поле боя. В этом не было ничего странного, так как после битвы более шестисот человек получили своих «сиров».

Новоиспеченный сир Подрик Пейн, стоял неподалеку от меня, блестя как начищенный доспех. Я также ему дал золота, чтобы он прикупил себе полноценное обмундирование. Раньше он бегал в потрепанной стеганке, а сейчас щеголял в кольчуге и латах. Но одних доспехов мало. Сир Подрик на самом деле был так себе бойцом, поэтому я приказал ему ходить на тренировки моей Серой Гвардии, чтобы поднять навык владения мечом.

Кстати, о Серой Гвардии.

Большая часть моих стараний была нацелена на продвижение членов Серой Гвардии.

Из тысячи участвующих в бою, выжило около восьмисот человек. Двести полегли на поле брани, так или иначе ранеными оказались около трехсот. Это были большие потери. Но для зеленых юнцов и новобранцев, у которых было три месяца, чтобы пройти базовое обучение, это очень даже приемлемый уровень. Главное что они получили первый боевой опыт и вместе со мной прошли боевое крещение. Сейчас они уже «нюхнули пороху» и уже понимают что такое битва, понимают что в ней нет ничего романтичного и красивого, как поют в песнях барды.

Из Гвардии я лично отобрал сто человек, тех, кто лучше всего проявил себя в битве, и они были посвящены в рыцари. В будущем они станут десятниками. Десять человек — один десяток, десять десятков — сто человек, сто десятков — тысяча человек.

Их боеспособность и вклад были признаны, а сами они теперь официально получали небольшое финансирование из казны. Конечно, небольшое. Этого не хватило, чтобы покрыть и половины расходов, но дареному коню в зубы не смотрят. Мизинец, жлоб этакий, заартачился про огромный долг короны, и пришлось довольствоваться малым.

Сам Мизинец весьма успешно справился со своей миссией.