Читаем Помпеи нон грата полностью

«На этой неделе в Театре оперы и балета имени Голопупова с большим успехом давали пьесу „Бурная стремнина“ местного краеведа Ивана Иванова. И не даром! Вот уже два сезона „Стремная бурнина“ (тут верстальщика догнали и врезали ему еще раз) не сходит с подмостков нашего театра! И не даром! Но в последнее время внимание зрителя стало ослабевать, и главный режиссер пригласил на роль полицая молодого столичного актера. И не даром! С его участием пьеса обрела второе дыхание и устремилась дальше, а на сцене вдруг обнажился подлинный облик фашистского наймита. И не даром! Хочется также отметить роль немецкой овчарки в исполнении местного пса по кличке Охлопков и пожелать дальнейших успехов главному режиссеру театра! И, если можно так выразиться, не зря, дорогие театралы, русский поэт Михаил Юрьевич Лермонтов написал: „Скажи-ка, дядя, ведь не даром Москва, спаленная пожаром, французу отдана?“».

Конечно, в последнем предложении Лермонтов выглядел как «не пришей кобыле хвост», но в целом статья носила позитивный характер. Ведь не даром (!) брательник мой чудесным образом исцелился и еще несколько лет таскал Охлопкова на веревочке…

* * *

Адлер встретил Юлию Феликс ведрами, а меня – проливным дождем… Как только мы получили багаж – два чемодана и мою спортивную сумку, – я неосмотрительно вышел из помещения и принялся ловить такси. Тут все хляби небесные и разверзлись над моей головой. А как только слегка прояснилось, стало понятно, что я попал под единственную в Адлере поливальную машину.

– Вы случайно не знаете, – спросил я у Юлии Феликс, когда та подоспела к месту происшествия, – почему ясная и сухая погода зовется у нас ведро?

– Потому что оно вам сигналило! – сказала Юлия Феликс. – А вы рот раззявили и ни с места!

Она оглядела меня критически, как нянечка ползунковую группу, а я продолжал выпендриваться, как памятник Владимиру Маяковскому – с широко расставленными ногами, поскольку проветривал штанины. И, словно тот же памятник, провоцировал голубей, вроде слабительного.

– А разве до моря было не потерпеть? – осведомился водитель такси, когда насладился этой картиной.

Он тихо припарковался рядом и теперь дожидался, пока я обсохну под жарким южным солнцем.

– Лучше проваливай! – посоветовала ему Юлия Феликс. – Тут не шапито!

– А то могу подвезти по двойному тарифу, – не унимался настырный водитель.

– Мне просто-таки интересна ваша логика, – ответила Юлия Феликс. – Почему по двойному?

– Потому что у меня такси, а не прачечная, – охотно пояснил водитель. – Но я готов закрыть на это глаза.

– Спасибо за участие, – поблагодарила его Юлия Феликс. – Но скоро за нами придет машина.

– Ага, – согласился водитель. – Мусоросборочная!

Однако быстренько отвалил, потому что Юлия Феликс пообещала проколоть ему шины.

– Вы зря запугали местное автопредприятие, – посетовал я, как только такси скрылось из виду. – Теперь придется идти пешком да еще тащить за собой неподъемные чемоданы. Откуда у нас машина?

– Покуда вы принимали душ, я позвонила своим знакомым контрабандистам и обо всем договорилась, – сообщила Юлия Феликс. – А вот и транспорт, – добавила она и кивком указала на темно-синий «фольксваген», что подруливал к нам со стороны аэропорта.

– Оперативно, – отметил я, не обращая внимания на глупую шутку по поводу душа. – И все-таки интересно – как нас доставят в Помпеи?

– Через Боспорский пролив и Дарданеллы, – пожала плечами Юлия Феликс. – Как же еще? Но лучше не вникать в технические детали и нашим контрабандистам таких вопросов не задавать. Не то меня изнасилуют, а тебя вздернут на рее.

– Радужные перспективы, – согласился я.

А Юлия Феликс тем временем продолжала:

– Или меня выбросят в море, а тебя изнасилуют.

Как я понял, эти контрабандисты были весьма неразборчивы в своих половых связях.

– Первый вариант меня больше устраивает, – усмехнулся я. – Но хорошо бы остаться молодоженами, если уж мы перешли на «ты».

– Хочешь выпить на брудершафт? – с готовностью отозвалась Юлия Феликс. – Тогда я согласна остаться в молодоженах.

– А брачная ночь будет? – вовремя спохватился я.

– Будет-будет, – успокоила меня Юлия Феликс, – если не стошнит. Ты хорошо переносишь качку?

– Бортовую или носовую? Сверху или снизу? – деловито уточнил я.

На что Юлия Феликс только фыркнула. Кстати, я тоже многое слышал о «Камасутре», но запугивать себя не позволю! А контрабандисты и правда выглядели устрашающе…

Я даже слегка попятился, когда из темно-синего «фольксвагена», как из гроба, вылезла девушка, одетая в стиле «гот», или «вандал», и уставилась на меня черными глазенапами.

– Ида, – представилась она, – контрабандист и гладиатор.

Для тех, кто не видел подобных девушек, а-ля племянница графа Дракулы, даю краткую характеристику: жуть! Какая-то замысловатая татуировка на левом плече, в виде гадюки; короткая стрижка каре, что называется – ворон ворону глаз не выклюет; высокие ботинки из гардероба морских пехотинцев; кожаные штаны в обтяжку и такой же квинтэссенции топ. А если упомянуть про макияж, как у енота, и косметические средства всех болотных оттенков…