Читаем Помешательство полностью

Я пил уже вторую чашку кофе за утро, когда услышал звук и замер. Я не сразу понял, что кто-то звонит в мою квартиру, сидя в молчании и уперев взгляд в стену, я словно впал в какой-то транс.

За дверью оказалась Мария, моя сестра. Я выдохнул с облегчением, раскрывая дверь.

Что случается с людьми, когда спустя долгое время, они встречают человека, с которым когда-то делили свою жизнь? Чужие глаза вытаскивают сердце, поднимают его к горлу и вместе с ним вызывают, если не слезы печали, то радостную улыбку, разрезающую спокойные черты лица. В любом случае, встреча не может оставить равнодушным. Я же посчитал, что ничего не почувствовал, кроме легкого раздражения и неприятного стеснения.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я.

– Я тоже рада тебя видеть.

Я прошёлся по ней взглядом. Мария улыбалась, но я видел, что улыбалась вынужденно и что её кто-то тянул за эту улыбку. Она походила на скомканный нерв. Ее волосы были мокрые, шнурки ботинок болтались в разные стороны, а чёрное пальто расстегнуто, словно накинуто в спешке. Мария копошилась у двери, не зная куда себя деть.

Показав ей куда повесить пальто, я сказал проходить на кухню, которая шла из прихожей.

Прищурив глаза, я наблюдал за сестрой. Мария перебирала свои пальцы, изредка брала кружку с черным чаем, который я сделал ей пятью минутами ранее, в свои руки и постукивала по ней короткими ногтями. Она старалась не смотреть на меня и делать хоть что-нибудь, чтобы побороть дискомфорт, который повис над нами обоими:

– Зачем ты пришла?

– Как грубо, – она нервно усмехнулась. – Неужели я не могу навестить своего старшего брата?

Я ничего не ответил. Она сама понимала, что не могла. Несмотря на то, что мы росли в одной семье, видели друг друга каждый день на протяжении долгих лет, мы никогда не были достаточно близки, чтобы нынче позволить себе подобную вольность. Нас больше не связывал совместный быт и не было никакого оправдания, чтобы как-либо поддерживать общение.

Мария тяжело вздохнула.

– Мама умерла.

И тут что-то случилось со мной.

Я услышал в голове голос прошлого.

Неужели смерть так сильно беспокоит тебя?

И вместе с этим вкрадчивым звуком нежного маминого голоса, я увидел и свое собственное детское лицо: в глубине тёмных глаз застрял неподдельный страх и жуткая навязчивость, грозившая завладеть маленьким несформировавшимся существом.

Мир замолкал слишком резко и его молчание казалось мне оглушительно громким. Тени словно перешептывались друг с другом обо мне.

– Как давно?

– Два часа назад. – сказала Мария. – После больницы я почти сразу выехала к тебе.

Все слова разом иссякли. Ничто не способно вернуть человека обратно к жизни. Для всех есть лишь одна дорога, и ни слезами, ни отрицаниями этого не изменишь.

– Я… Я ничего не знал…

– Теперь всё сходится. – Мария помотала головой. – Я спрашивала у неё почему тебя нет. Она лишь отвечала, что ты загружен делами. Загружен делами до такой степени, что не нашел времени для своей умирающей матери? И я злилась на тебя. Не понимала, но злилась. Мама умоляла не звонить тебе и не беспокоить. Как я могла возразить ей?