Читаем Помеченный Тьмой полностью

Выждав немного времени, Аттанэат переместилась следом за чародеями. Повелительница Штормового Ветра молча прошла ко входу к тоннелю. Магистры последовали за ней. Сфера Витольда сияла слабо, дабы не бить по глазам, поэтому часть пути была сокрыта во мраке.

Наконец они пришли к двери, отсекающей путь от того, что было впереди. Сея дверь состояла из камня и была испещрена множеством символов и слов из языка Древних. Широкие кровавые полосы засохли в рытвинах этих символов, а на полу у двери лежало два обезглавленных трупа облаченных в светло–голубые мантии. Головы лежали подле окровавленных тел.

Чародейка остановилась и повернула голову к Витольду.

— Это вход в хранилище артефактов нашего Ордена. Одно из самых секретных мест в башне Иисендаля.

«Она так легко выдает эти знания». подумал Витольд «Какой–то безумный жест доброй воли?!»

Далее чародейка указала на тела, лежавшие у двери.

— А это два верховных магистра, которые несли службу по охране сего прохода.

— Верховные магистры охраняют проходы?! — возмутился Витольд.

Чародейка кивнула.

— Мы в Штормовом Ветре с равным уважением относимся к каждому члену Ордена. А сила чародея лишь возлагает на него больше обязательств. Поэтому верховные магистры несут службу на ровне с более низкими чинами.

Повелитель Витольд сделал не понимающую гримасу. В Ордене Шести Звезд, верховные магистры помимо управленческой деятельности могли разве что проводить занятия в академии чародейств. И то, только ради того, чтобы в последствии найти себе талантливого ученика среди множества претендентов.

— И так, кто–то прикончил двоих верховных магистров прямо на территории самого охраняемого хранилища вашей башни? — спросил чародей — Возможно вы зря избрали их на сей пост. И зачем оставили трупы гнить здесь?

Аттанэат серьезно посмотрела в глаза Витольда. Ее взгляд впервые обрел такой холодный, пугающий окрас.

— Эти двое были очень сильны. — ответила чародейка — И их смерть поистине загадочное событие. А трупы, я не трогала согласно правилам что описал в своей книге повелитель Грандюмор. Ради того, чтобы в последствии дать ему возможность разобраться в произошедшем.

Коротышка самодовольно усмехнулся:

— То, что мы выяснили в итоге, гораздо больше заинтересовало меня, чем их смерть.

Аттанэат вновь оголила предплечье. Один из браслетов на нем рассыпался и его гранулы устремились к двери, заполняя собой отдельные символы и слова. Как только они были полностью заполнены, толстая каменная дверь содрогнулась и начала сдвигаться в сторону. Вместе гости и хозяйка аккуратно переступили через тела, чтобы войти.

Витольд направил свой сгусток света внутрь открывшегося помещения и сразу установил его под потолком дав засиять ярче и осветить все пространство. Взору вошедших открылась комната длинную в три десяткам метра заваленная великим множеством вещей, в основном драгоценными, золотыми украшениями, самоцветами, и посудой. Местами встречались доспехи и различные одеяния по типу плащей, мантий, сапог, и перчаток. Встречались предметы на отдельных постаментах, которое явно имели, некое, большее значение. Оружия при этом практически не было, похоже все оно было в ходу.

При первом взгляде могло показаться, что в хранилище царил полнейший бардак, но чародейка сразу направилась промеж завалин, золотой посуды, по какой–то ведомой только ей тропе. Магистры последовали за ней. Витольд взглянул под ноги. На каменном полу была высечена глубокая полоса с оплавленными краями, словно кто–то прожог в скале рытвину. «Шестигранный барьер» пронеслась мысль в голове чародея «Барьер, который невозможно разрушить и за которым ни одни чары не действуют. След явно от него.»

— Обожаю такие места — прохрипел Грандюмор — Полно всякого древнего хлама. Чувствую себя в своей стихии.

Чародеи прошли по завалам артефактов и реликвий оказавшись где–то в середине помещения. Аттанэат подошла к деревянному постаменту, на котором лежало роскошное золотое ожерелье инкрустированное крупными, красными самоцветами. Рукой она указала на него и произнесла:

— Благодаря повелителю Грандюмору мне удалось выяснить, с какой именно целью было совершенно это убийство, ведь по началу мне казалось, что ничего из хранилища не пропало.

Чародейка чуть отошла в сторону, Витольд подошел и склонился над ожерельем внимательно его разглядывая. Один из красных камней в нем отсутствовал.

— Что это за реликвия? — подозрительно спросил он.

— Ожерелье королевы Лианоры, древней правительницы Аккмара, правившей городом, в эпоху королей, три тысячи лет назад.

Витольд выслушал чародейку и повернулся к алхимику.

— Чтобы все это могло значить? — спросил он, глядя на карлика.

— Хороший вопрос — ответил Грандюмор, расплываясь в улыбке. — В ответе на него нам поможет порошок истины. Мое личное изобретение, над названием еще работаю.