Читаем Полукровка полностью

Сорча шла сквозь деревья к озеру, которое они нашли прошлой ночью. Река, по которой они шли, разливалась в широкое озеро, его берега были усеяны круглой галькой. Клены и дубы окаймляли озеро с обеих сторон, окружая осенней пеленой красного и оранжевого. Небо было ясным, солнце почти ослепительно отражалось в воде.

Коричневые листья хрустели под ботинками, когда она пробиралась между деревьями, избегая шишек и корней. Деревья образовали нечто вроде насыпи, их корни удерживали почву. На другой стороне был пятифутовый спуск к узкому галечному пляжу. Сорча последовала по нему вдоль гребня насыпи, все больше беспокоясь с каждым мгновением, когда она не замечала своего спутника.

Он большой зеленый полукровка, его трудно не заметить.

Он ничего не говорил об охоте, и, несмотря на то, что его явно не интересовали ее романтические ухаживания, он всегда очень серьезно относился к ее безопасности. Он не мог просто оставить ее здесь.

Почесав Дарраха под подбородком, чтобы немного успокоиться, Сорча продолжила путь вдоль берега.

Она шла несколько минут, прежде чем заметила его. Широкая полоса зелени привлекла ее внимание на фоне ярких осенних красок и, хмыкнув, она направилась в его сторону, прикрывая свою растущую боль толстым слоем раздражения.

Но когда она прошла сквозь деревья недалеко от того места, где видела его, она поняла, почему его было так легко заметить.

Орек стоял обнаженный в озере спиной к берегу, вода плескалась о его голые бедра. Широкие плечи были напряжены, зелень кожи сверкала в лучах утреннего солнца.

У Сорчи перехватило дыхание.

Его обнаженная спина была прекрасна, все мышцы перекатывались и расслаблялись в идеальной симфонии, когда руки работали впереди. Идеальные округлости задницы сжались, ямочки чуть выше отбросили резкую тень.

Она зачарованно наблюдала, как дрожат его мощные бедра, а по воде пробегает рябь. Его голова откинута назад, длинные блестящие волосы падают на спину, отражая свет. Толстые жилы на шее натянулись под кожей, и ей показалось, что она уловила намек на клыки, когда он обнажил зубы.

Стон эхом разнесся над водой, пронзив ее мгновенной, опустошающей потребностью.

Сорча зажала рот рукой, прежде чем с ее губ сорвался вздох.

Он ублажает себя.

От этой мысли по телу прошла еще одна волна покалывающего тепла, растекшаяся между бедер. Ее соски напряглись под кожей корсета, когда она смотрела, как этот зад изгибается при каждом толчке бедер.

Сорча не могла оторвать взгляда, изголодавшись по зрелищу, которое он создавал, такому красивому, грубому и мужественному. Что-то в том, что она увидела его таким, совершенно голым в дикой местности, заставило ее напрячься, а конечности ослабеть.

Ее щеки горели от того, как быстро она стала скользкой между бедер, пульс бился на шее и внизу живота.

Прежде чем она поняла, что делает, она сделала полшага вперед.

Тихий звук хрустящих листьев отвлек ее от похоти. Она втянула воздух, все еще не в силах отвести взгляд, но заставила себя подумать.

Она хотела его, но не была уверена, что он сделает, если она раскроется сейчас. Возможность еще одного отказа, когда она уже была так возбуждена, так уязвима, заставила ее заколебаться.

Что бы ни привело его сюда, так далеко от нее… он предпочел не делиться с ней этими чувствами. Они были не для нее.

Тяжело сглотнув, Сорча в последний раз обвела взглядом его сильные черты. Он не был подтянутым и мускулистым, как некоторые мужчины, с широкими плечами и узкими бедрами. Нет, он был воплощением звериной силы с массивными мышцами, обрамляющими ребра и бедра. Все в нем говорило о силе, выносливости, и Сорча позволила себе еще один тоскливый взгляд, прежде чем заставить себя отойти.

Она поспешила обратно в их лагерь, ничего не видя перед собой, ее тело было напряжено, как натянутая веревка.

Посадив Дарраха рядом с рюкзаками, Сорча прошлась вокруг тлеющего костра, который все еще горел. Мурашки пробежали по ее коже, заставляя жаждать облегчения.

С рычанием она направилась к деревьям недалеко от лагеря.

Если он может уйти и ублажать себя, то и я могу. Судьба знала, что она заслужила момент освобождения.

Выбрав крепкое дерево, Сорча прислонилась спиной к стволу, раздвинула ноги и ослабила хватку. Она просунула руку за пояс и двумя пальцами широко раздвинула себя, предоставляя среднему пальцу беспрепятственный доступ к пульсирующему бугорку плоти, который был таким чертовски чувствительным, что ей хотелось кричать.

Она смочила пальцы своей росой одним прикосновением, ее тело было возбуждено и готово. Ей не нужно было многого, чтобы снова вызвать сладкую боль. Сорче обычно нравились танцы и игры в прелюдии, мягкие, дразнящие прикосновения и медленное нарастание желания. Сейчас же она уже натерпелась за несколько дней и просто нуждалась в разрядке.