Подбадривая себя возмущенными возгласами, Лавров схватил «мальчика», вытащил из него булавку, смял и кинул в пустую пластиковую корзину. Булавка отправилась туда же. Бесформенный кусок пластилина вызвал у него неожиданную жалость.

– Поделом тебе… – буркнул начальник охраны, подавляя минутную слабость.

Что-то внутри него дрогнуло. Он скомкал пару листов бумаги и прикрыл ими останки куклы.

– Порядок. Никто тебя не увидит.

Изуродованная кукла безмолвно лежала в корзине. Но Лавров никак не мог успокоиться. Наконец он не выдержал, взял корзину и отправился на задний двор, к мусорному баку. Пластилин с глухим стуком упал вниз, и Лавров поймал себя на приступе раскаяния.

– Что за хрень! – вырвалось у него.

Глория была права, когда заявила, что он позволил «пластилиновому мальчику» войти в свое сознание, хуже того – отождествил себя с ним. И теперь ему кажется, что он выбросил в мусорку частичку себя. А это грустно… очень грустно.

Он тряхнул головой, отгоняя тягостное чувство вины. Перед кем? Вернее, перед чем? Перед куском пластилина!..

– Вот, блин, попал…

На обратном пути он с трудом заставил себя не оглядываться. По мере того как он удалялся от мусорного бака, ему легчало. Словно толстый канат, который связывал его с «мальчиком», превратился сначала в тонкую ниточку, потом в паутинку… а потом и вовсе порвался.

– Фу-у-уххх!.. – выдохнул начальник охраны, прибавляя шагу. – Ну и дела…

Он расправил плечи и набрал полную грудь свежего воздуха. На ум невольно пришли слова Глории: «Хочешь узнать, кто принес куклу?»

Разумеется, он хотел. Каким-то образом он нажил себе в офисе врага. А врага всегда лучше знать в лицо.

«Если сможешь избавиться от страха, заклятие вернется к тому, кто его наслал…»

Лавров уже не отмахивался от ее поучений, не посмеивался. Ему стало не до шуток, когда он корчился от боли в сердце, потел и не мог справиться с дрожью в теле.

«Это происки дилетанта, – успокаивала его Глория. – Грубая работа. Выброси куклу и внимательно следи за окружающими. Заметишь симптомы, похожие на те, что были у тебя… они и укажут на злоумышленника».

«Ты не догадываешься, кто он?»

«Я не хочу быть голословной. Сам увидишь…»

И Лавров увидел. Быстрее, чем рассчитывал. В коридоре его чуть не сбила с ног секретарша Колбина. Она была так взволнована, что не удивилась пластиковой корзине в его руках. Обычно мусор выбрасывает уборщица, а тут…

– Петру Ильичу плохо! – пискнула девушка. – Надо вызвать «скорую»!

– Что с ним?

– Сердце… там у него Глория Артуровна… они говорили на повышенных тонах, потом его скрутило… Я бегу за таблетками! Глория Артуровна велела принести валидол из аптечки…

Она заторопилась в подсобку, ковыляя на высоченных шпильках.

– Эх, Петр Ильич! Нехорошо. Не по-мужски… – покачал головой Лавров, глядя ей вслед. – Нечестный прием. Подлый.

Со «скорой» можно было не спешить. Он по своему опыту знал, что ничего непоправимого с Колбиным не произойдет. Но испуг и паника главе компании обеспечены. Что ж, не рой другому яму…

ГЛАВА 9

Поселок Роща

Марианна прошлась по двору, любуясь закатом. Верхушки берез за забором порозовели, над ними вышла первая вечерняя звездочка. Из леса доносился запах сосновой коры и трав. Где-то в конце улицы брехали собаки.

Ветлугин был категорически против собак. Марианна как-то заикнулась, что неплохо бы завести сторожевого пса, но встретила неожиданно резкий отпор.

«Как ты себе это представляешь? – накинулся он на Марианну. – Всюду в воздухе носится собачья шерсть! Ночью уснуть невозможно из-за лая. А садовник только тем и занимается, что закапывает вырытые псиной ямы и поправляет испорченные клумбы. Собака все цветы переломает, все грядки испоганит!»

«Пса можно будет держать в вольере, – робко возражала она. – И выпускать побегать под присмотром. Или водить в лес».

«Кто станет с ним возиться? Я не хочу. А Борису и без собаки забот хватает!»

Марианна хотела сказать, что сама позаботится о собаке, но передумала. В конце концов, это усадьба мужа, он здесь хозяин. Вряд ли Ветлугин посчитается с ее мнением.

«У нас нет ни охраны, ни камер наблюдения, – все же сказала она. – Рядом лес. Соседи далеко. Случись что, нам никто не поможет».

Улица Тенистая, примыкающая к лесу, полюбилась зажиточным москвичам. Они приобретали большие участки и строили тут загородные дома, окруженные деревьями. «Поместья» обносили высокими заборами, нанимали сторожа и заводили парочку злобных псов. Постоянных жителей было раз, два и обчелся. Свои дома хозяева посещали наездами, в основном в теплое время года. Зимой или в распутицу улица пустела и казалась безлюдной. В сущности, так и было.

«Ты воров боишься, дорогая? – криво усмехался Ветлугин. – Зря. Красть у нас нечего. Деньги я держу в банке, а вещей не жалко. Стащат, новые купим».

Вот и весь сказ.

Однажды во двор Ветлугиных через открытую заднюю калитку случайно забежала лохматая дворняжка.

Марианна хотела вынести ей отходы от обеда, но собачка повела себя очень странно: завыла, юркнула в сарай и забилась в угол. Садовнику пришлось на руках выносить ее за забор.