Когда они выходили из комнаты, она взглянула на него с любопытством. Пусть, дурак, потешится иллюзией. Ни один мужчина еще не владел ею. Если животная часть ее природы однажды вырвется наружу, то ни один мужчина не выдержит таких бурных эмоций, не потеряв рассудка. Когда-нибудь, возможно, она найдет партнера, подобного ей, не во всем человека, а рожденного от сверхъестественного союза. Когда-нибудь, а пока соискатели лишь разыгрывали шараду с Джиной, за что Джина, носившая маску Серайнис, получила награду. Несколько мужчин бросали взгляды на Джину, тогда как красота Серайнис ослепляла всех. Однако эта тихая девушка, которая играла важную роль в окружении Серайнис, знала об интригах и страстях больше, чем кто-либо. Эта подставная любовница тихо говорила своей госпоже о сильном красивом мужчине из далекого мира и однажды, в ту ночь, ей было позволено самой сделать выбор. Как бы то ни было, немного вещей происходило помимо воли Серайнис и Джина нетерпеливо ждала, когда Джерон опять будет с ней наедине.

Тейлор задыхался, пот лил с него градом. Это было ужасно, но худшее было впереди. Скоро наступит момент, когда его потовые железы не будут больше выделять воды – температура тела повысится и это будет ужасной пыткой. Его пересохшие губы начали трескаться. Он все шел вперед. Дюны становились ниже и карабкаться на них становилось легче, но силы оставляли его и он с трудом держал свое тело в вертикальном положении. Чувство равновесия у него нарушилось и временами он мог бы поклясться, что это движется песок, а не он сам. Какая-то иллюзия. Должно быть, он понемногу сходит с ума.

Обожженная шея сильно горела и с этим ничего нельзя было поделать. Если оторвать рукав тонкой армейской рубашки и им как шарфом прикрыть шею, то пострадает рука. Да у него уже на это и сил не было, появилась какая-то апатия ко всему. Конечно, он умрет без помощи, но мысль эта ужаса не вызывала. Он карабкался вперед, а солнце безжалостно палило его сверху.

Час спустя, когда он карабкался на дюну, он увидел Томпсона, который стоял у подножья холма с бутылкой воды в руках. Его дружелюбное лицо, полное, как луна, приветливо улыбалось.

– Слава богу, – выговорил Тейлор, – наконец-то вы меня нашли, – Он упал и покатился вниз по склону, теряя сознание.

Когда он пришел в себя, он лежал на том же месте, палимый солнцем. Он приподнял голову: песок перед ним лежал, не тронутый ничьей ногой. Никакого сержанта Томпсона. Отчаяние охватило его. Потом он, как автомат потащился дальше.

Джина сидела молча с отсутствующим выражением лица. В этот момент она была всего лишь инструментом, посредством которого её госпожа исследовала переменчивое будущее. Только одно из отражающихся в глазах девушки видений было правильной версией, но для тренированного наблюдателя было возможно отбросить все менее вероятные возможности. Теперь только одна сцена привлекала внимание наблюдателя. Где-то, дальше, чем само время, маленькая человеческая фигурка тащилась по пустыне, как насекомое по пыльной дороге.

– Хорошо, ползи, как муравей, прошептала она, – Ты можешь выиграть там, где другие потерпели бы поражение.

Она вызвала Джину из состояния транса и, отослав её, удалилась на ночлег.

Глава XII

Атака началась внезапно, за час до рассвета. Джина ворвалась в их комнату и сообщила плохие новости: силы Задука и Токина прорвались в замок и продвигаются все дальше. Ее госпожа Серайнис приказала разбудить их и привести в ее апартаменты в восточном крыле замка. Они быстро оделись и поспешили по широким длинным коридорам мимо множества вооруженных людей, готовящихся к схватке. Джина провела их через переднюю, вверх по ступенькам в маленькую комнатку, где их ждала Серайнис, одетая в дорожный костюм из белого меха, в высоких сапогах из прочной кожи.

– Закрой дверь, Джина, и закрой на засов, чтобы никто не ворвался.

Хрупкое тело Джины боролось с тяжелым железным засовом – Джерон пришел ей на помощь и заслужил благодарный взгляд, которого, он впрочем и не заметил. Он догадался, что говорила Синдра, потому что ее сестре нужно было беречь силы.

– Друзья, это не военный совет, потому что в таком случае полагалось бы обсуждать дальнейшие действия, а здесь уже все ясно – сражение проиграно.

– Тогда и мы погибли, – воскликнула Йола. – Они не будут держать пленных живыми слишком долго. Что же мы будем делать?

– Глупец, – прошептала она, – неужели ты думаешь, что я позволю боли и бесчестью занять место красоты и великолепия. Однако, я прощаю тебя, потому что даже сейчас ты все ещё не знаешь меня. Что написано в будущем – никто не может прочесть с уверенностью, но некоторые избранные, такие как я, могут при помощи магии прочесть часть его. Эти люди все равно осуждены. Другое дело мы. Тебе ещё многому придется научиться, Джерон, раз тебе предоставлена честь быть моим спутником, так что больше слушай, а говори только о конкретных предложениях.