Читаем Полотно Судьбы полностью

— Ты ужасно прямолинейна, ты знаешь? — после непродолжительного молчания произнес Том. — До отвращения. Раз за разом, снова и снова, и я, и Гарри говорили тебе одно и то же: «Не пытайся переделывать людей вокруг себя, иначе ты просто останешься одна». Пойми, это не дружба, это попытка повысить свою самооценку и потешить самолюбие, — он искоса глянул на неё, но девушка даже не собиралась ему отвечать. — У тебя кошмарный характер, Грейнджер.

Она тихо шмыгнула носом.

— Уж кто бы говорил.

Арчер хмыкнул.

— Пойми одно, Грейнджер, — помедлив, сказал он, — Гарри принял тебя такой, какая ты есть, со всеми сложностями и недостатками, коих у тебя полно. Он называет тебя другом, и он правда так считает. Он не пытается тебя менять, не пытается ломать и переделывать. Так, быть может, и тебе стоит поступить так же? Это ведь не так сложно, как кажется.

— А ты?

— А что я?

— Ты ведь постоянно диктуешь ему, как жить...

— Упаси Мерлин! — притворно ужаснулся Арчер. — Мне что, по-твоему, заняться больше нечем?

— Но... — она растеряно на него посмотрела. — Ты иногда так с ним разговариваешь, словно приказываешь...

— Если бы ты пригляделась повнимательней, то заметила бы, что он никогда меня не слушает, — Том фыркнул. — У Гарри своя голова на плечах и каким бы идиотом он ни казался, она у него очень неплохо варит. Не стоит пытаться думать за него, потому что он всегда будет думать на шаг вперед и всегда обыграет тебя в этой игре. Уж поверь.

— Я ужасна, — вздохнула Гермиона. — Неудивительно, что меня никто не переносит. Но я просто не знаю, как остановиться. Мне иногда кажется, что я пытаюсь всё вокруг контролировать.

— О, да расслабься ты Грейнджер, — она не видела его лица, но готова была поклясться, что в это мгновение он закатил глаза. — Планета крутилась, крутится и будет крутиться без твоего участия. Живи себе спокойно и не порть людям нервы. Поверь, когда ты не пытаешься выедать людям мозг, ты можешь быть вполне сносной.

Она хмыкнула. В устах Арчера такое высказывание можно было счесть почти комплиментом.

— Я просто пытаюсь быть хорошим другом.

— Значит, перестань пытаться, — краем глаза она увидела, как он пожимает плечами. — Ты даже для дружбы хочешь придумать свой учебник с правилами. Но это просто глупо, Грейнджер. Это же не наука. Никто не отправит тебя сдавать экзамен. Никто не потребует от тебя зазубренных наизусть параграфов. Это жизнь. В жизни можно и ошибаться. Не обязательно быть отличницей. На то мы и люди. Подумай об этом.

Не дожидаясь её ответа, Том поднялся с земли и уже собрался уходить, когда она окликнула его. Подросток остановился, взглянув на нее через плечо.

— Спасибо, — Гермиона решилась поднять голову, встречаясь с ним взглядом.

По губам слизеринца скользнула знакомая самодовольная усмешка.

— Что ты там себе навоображала, Грейнджер? — шутливо сказал он. — Я делаю это для своего душевного равновесия, а не для тебя.

Она в ответ улыбнулась и покачала головой.

— Ты неисправим, Том.

Он пожал плечами и, больше ничего не сказав, ушел, оставляя ее одну.

Гермиона ещё долго сидела на улице, думая о том, что сказал ей слизеринец. Что-то в его действиях и словах не давало ей покоя. Тревожило её. Хотелось вскочить и броситься следом, поговорить ещё, спросить о чем-нибудь, о чем угодно! Или просто посидеть бок о бок вот так в тишине под звездами. Да хотя бы просто поругаться, как обычно! А с другой стороны, ей даже видеть его не хотелось. И что с ней такое? Глупость какая-то.

Всё, чего она хотела, это найти общий язык с этим кошмарным, невозможным, невыносимо сложным человеком. Научиться понимать его поступки и слова. Его образ мыслей и взгляд на мир. Просто чтобы наконец её жизнь была спокойной, а не походила на бесконечную баталию. Ведь так? Верно?

*

Весь следующий день Сириус, Тонкс, Гарри, Том и Гермиона гуляли по палаточному городку, рассматривая разнообразные сувениры в лавках торговцев и обсуждая предстоящий матч. Как выяснилось, у Сириуса и Тонкс тут было полно знакомых, они то и дело останавливались, обмениваясь приветствиями. Гарри мысленно радовался, что сегодня центральной фигурой стал не он, а его крёстный. Это был первый публичный выход Блэка после того, как Министерство сняло с него все обвинения и Сириуса со всех сторон осыпали поздравлениями или соболезнованиями. Неожиданно для себя Гарри понял, что у крёстного полно самых разнокалиберных друзей и знакомых, в том числе глава семейства Уизли, которого они встретили во время прогулки. Крёстный даже обменялся несколькими приветливыми фразами с Артуром, прежде, чем они продолжили свою прогулку по палаточному городку.