Читаем Поломанный Мир полностью

Охота вполсилы оборвалась одномоментно. Альдред скривил губы раздраженно, чувствуя свою беспомощность в компании Бога Снов. Пантеон всегда берет, что нужно. И Флэй – точно такая же добыча его. Киаф подчинился небожителю.

– Я задаюсь вопросами, ответы на которые боюсь узнать.

Во всяком случае, он признавал собственную несовершенность. Шутка ли, Сокофон и не подумал смеяться над ним на сей раз. Укоренившись, он проявил неслыханное снисхождение к своему смертному потомку. Будто родитель или… кто-то наподобие. Кто-то родной.

– Что тебя заставляет бояться? – Проведя рукой по спине Киафа, Мелина с ним поравнялась и начала шагать нога в ногу.

Флэй глянул на возлюбленную недоверчиво и ответил сбивчиво:

– Вдруг правда того не стоит. Вдруг… вдруг всё, что я делаю, напрасно. Какой смысл мне бороться – и за что? За что бороться, если всё предрешено? Ради чего тогда я иду вперёд. Иду, сам не знаю, куда?..

– Ты к себе слишком строг, Альдред, – заявила первая любовь, мягко приобняв его за плечи. Взгляд её был направлен точь-в-точь в его глаза. И тот отворачивался, как мог, не доверяя внеземному подселенцу. – Позволь мне развеять сомнения. Смелее, спрашивай, не колеблясь.

– Разве тебе не известно и без моих слов? – хмыкнул Киаф, качая головой.

– Известно. Важно, чтоб тревоги были преданы огласке. Станет легче, будь уверен, – заверяла Мелина.

Флэй поглядел по сторонам. Добычи в округе было не видать, поэтому он смирился. Ему всё равно хотелось отвлечься от гнетущей тени леса. Здесь, в чащобе, Альдред чувствовал себя неуютно. Чужим. Потенциальной жертвой невесть, кого.

– Будь по-твоему, – признавал поражение Альдред, бубня себе под нос.

– Дело ведь в Актее Ламбезисе, не так ли? – Сокофон зашёл с козырей. Бил не в бровь, а в глаз – и с лёту.

– Не исключаю, – буркнул Киаф. – Даже после всего, что было, я ему не верю. Как мы “дружим”, никто не дружит.

– Правильно, – кивал призрак.

– Он меня использовал. И быть может, использует и сейчас. Ты об этом кое-что знаешь, я ведь прав? – предположил Флэй, степенно поддаваясь тону беседы, что навязали ему.

– Именно. Я знаю. Говорят, история обречена повторяться. Снова и снова. Снова и снова. – Возлюбленная улыбнулась Флэю снисходительно.

– То есть? – напрягся Альдред.

– Мы с Пращуром и правда были по одну сторону, – признал Сокофон. – В незапамятные времена. Его боль оказалась нашей созвучна. Кто-то выступил против Орвакона и прочих богов, кто-то – нет. Иерархический вызов – самый настоящий…

Шумы леса резко оборвались, потонули в голосах Бога Снов и его Киафа. Даже птицы прекратили своё пение вдали. Никто клювом по дереву больше не долбил.

Словно от этих двоих исходила зловещая аура, повергавшая зверей в ужас. Так и есть, но не до конца.

– Нас ждало поражение. Если бы не Прародитель, никто и не подумал бы пойти против себе подобных. Горе побежденным. Справедливо или нет, но кара снизошла только на Бога Смерти. Остальные легко отделались, низведенные до величин второго порядка. Ты уже об этом слышал, хоть и вскользь.

– Стало быть, с приходом Седьмой Луны Бог, который выбрал Актея, жаждет восстановить былые союзы? – подытожил Альдред.

– Это воля Граста, – согласился Бог Снов. – И в таком деле Актей Ламбезис – его лучший пособник. Сон и Смерть ближе, чем ты можешь себе представить. Быть может, иначе Киаф Пращура не стал бы над тобой виться, будто пчела над цветами.

– Получается, я для него… что-то вроде перспективы? – задумался Флэй.

Такое положение вещей ему не нравилось. Никому по вкусу не придется. Но то ли еще будет, стоило полагать.

– Все верно. Ты шёл по выстроенной им линии. Шёл все это время. Осознанно и неосознанно – попеременно. И в отношении тебя у архонта сложилось всё именно так, как ему хотелось. Разве ты не видишь? – Губы Мелины расплылись в улыбке опять.

– Это меня и смущает, – парировал Альдред. – Я бы хотел писать историю своей жизни. И не хотел бы отыгрывать роль в чужом спектакле.

– Ты выражаешься так… поэтично! – прыснул смехом призрак. – Но, Альдред, я умоляю, не разочаровывай меня. Смотришь глубже и дальше, чем большинство ныне живущих, – пускай. Надо бы тебе научиться и видеть суть…

– О чем ты? – Флэй нахмурил брови.

Дошёл до скал, препятствовавших дальнейшему продвижению наверх. Зрительно оценил их. Его глаза зацепились за уступы, по которым он мог бы забраться. Полез, не заботясь о том, как доберется до вершины Мелина. Флэй подозревал: пространство призракам не преграда. И был прав.

Пока взбирался, слушал рассуждения Сокофона:

– Взгляни правде в глаза. Он прямо на ходу выверял твой путь вплоть до утёса, где вы распрощались. Да, твоё появление в камере дознания – это подарок судьбы. Но что было дальше… стало его замыслом. Хитрым, стоит заметить: ни одной ошибки. А ведь и Богам свойственно ошибаться, они несовершенны.

Альдред хотел было рявкнуть на Сокофона, чтоб не ходил вокруг да около. Но увы, следил за конечностями, дыханием и усталостью, чтоб не свалиться вниз, не убиться так бездарно об камни, оставшиеся позади. Молчал и лишь пыхтел.