Читаем Поломанная полностью

Подруги плюхнулись на диван. Доберман вился около ног хозяйки, пытаясь вымолить внимание.

— Лютер, дай мне пару минут и мы пойдем гулять.

Пес словно понял, перестал ластиться и ушел к двери, послушно перейдя в режим ожидания.

— С вами пойти?

— Нет. Извини, мне нужно собрать себя в одиночестве.

— Без проблем, — улыбнулась Виталина, уходя в комнату.

Лекс дала себе еще пару минут, а затем последовала за подругой. Переоделась в простые спортивные штаны и худи. Волосы собрала в небрежный высокий хвост.

Пес, увидев хозяйку, тут же завилял хвостом, но с места не сдвинулся.

— Пойдем, малыш.

Лекс прикрепила поводок и они вышли из квартиры.

Брюнетка всячески пыталась сосредоточиться на питомце, отгоняя мысли и чувства. Внутри все горело, болело и билось в агонии. А как потушить все внутри, не знала. Но самое страшное, что ощущая весь этот шквал грусти и отчаянья, она чувствовала себя нормальной. Не хотелось теребить, что-нибудь в пальцах. Не было тошнотворной паники в голове. Все мысли ясные, яркие, без тумана.

Но было так больно. Словно внутренности раздирало без анестезии. Кричать хотелось, срываясь на неудержимую истерику. Внутри она сходила с ума от всего этого потока эмоций, когда как снаружи, спокойно вела пса на поводке.

Брюнетка ожидала от себя срыва. Понимала, что не справляется, но что-то еще сдерживало рвущийся вопль. Как будто еще не пройдена невидимая черта. Хотя ее выдержка была другого мнения. Все невидимые границы уже давно пройдены, стерты, сожжены, остался только пепел. Так почему же она все еще излучает спокойствие, а не бьется в сумасшедшей истерики?

Выйдя из многоэтажки, Лекс вдохнула удушливый ночной воздух. Хотелось почувствовать свежесть океана, а не пыльный смог каменных джунглей, тошнотворно застревающий в горле.

Они не успели сделать и пару шагов, как Алексия в шоке остановилась, не понимая, какого черта происходит. Перед ними стоял Мстислав, в том же костюме, что несколько минут назад. В его руках, на специальной подставке, три стаканчика из фудкорта.

В его серых глазах спокойствие и нежность. Он с улыбкой смотрит на нее и протягивает стакан. Лекс смотрит на молчаливого мужчину и ощущает невидимую поддержку. Глаза увлажняются. Внутри что-то взрывается и вот уже первая слезинка скатывается по щеке.

— Черт, — шепчет брюнетка, поспешно отворачиваясь.

Тис делает шаг навстречу, протягивает руку, чтобы прикоснуться к плечу, но останавливается в нерешительности.

— Что ты здесь делаешь? — Бормочет Лекс, пытаясь подавить хлынувший поток слез.

— Решил, что успокаивающий чай и кофе никому еще не навредили перед сном.

— Ви дома, можешь подняться к ней.

Брюнетка обходит мужчину, низко опустив голову, продолжая свой путь в сквер вместе с Лютером.

— Я не шел к ней. Я шел к тебе. — Спокойно и уверено, в стиле Мстислава. Он развернулся и смотрит на спину девушки.

Лекс снова останавливается. Сердце гулко начинает стучать, а слезы с новой силой льются по щекам.

— Уходи. — Голос дрогнул. Она зажмурилась, пытаясь успокоиться.

— Нет.

— Черт возьми! Проваливай!

Брюнетка разворачивается, вплотную подходит к абсолютно спокойному мужчине. Она не скрывает поток соленых слез. Внутри что-то порвалось, освобождая чувства на долгожданную свободу.

— Что тебе нужно? Зачем нянчишься со мной? Оставь меня в покое и вспомни, наконец, о своей невесте!

Лекс кричит. Тис спокойно слушает, смотрит и тонет в черноте мокрых глаз, в свете фонаря. Там сплошное дикое безумие. Океан боли и обид. Даже слова о невесте не смоги заставить его сдвинутся с места, хотя ощутимо тряхнули внутри. Он делает крохотный шаг на встречу и обнимает, прижимая к груди одной рукой. Мужчина чувствует, как дрожит хрупкое женское тело, но не чувствует сопротивление. Она что-то еще кричит, уткнувшись в грудь, но попытки отстраниться, не предпринимает.

— Просто уйди. — Шепчет девушка, хотя свободной рукой цепляется за низ пиджака.

— Нет.

Мужская рубашка давно промокла от девичьих слез. А мурашки табуном бегают по кожи от горячего прерывистого дыхания на груди. Мстислав только крепче прижимает к себе женское тело, пытаясь отгородить от всех проблем. Ему хочется забрать всю боль и обиду. Хочется стоять так целую вечность, лишь бы она продолжала хвататься за край пиджака, будто это спасательный круг.

Лютер беспокойно начал тыкать носом в бедро хозяйки, привлекая к себе внимание. Алексии совсем не хотелось покидать уютные объятья, но понимала, что не сможет остаться в них надолго. Она мысленно уговаривала себя отстраниться.

«Вот сейчас. Еще чуть-чуть. Минутка». Крутилось в голове. Ей не хотелось покидать безопасное место. Мужчина своим присутствием дарил спокойствие. Никто никогда не мог дать ей этого. Даже Андрей.

Бывают люди, которые разрушают, убивают, отбирают саму душу, хотя клянутся в вечной любви. А бывают те, кто без слов делают тебя живой, дарят воздух, защищают просто стоя рядом. Жаль, что мы часто натыкаемся на первых, разбивая себя. Жаль, что мы поздно находим вторых, а порой никогда.