Читаем Полночный воин полностью

— Я был первым, кого она захватила после Маклаудов. Как только я появился перед ней, она тут же высвободила моего бога. У меня не было  времени даже воспользоваться магией. А когда бог пытался получит контроль надо мной, я не осмелился обратиться к магии, опасаясь что он может взять верх.

Рамзи умолк, когда долго хранимые воспоминания нахлынули на него с удвоенной силой. Он вспомнил смертельные мучения, когда бог растягивался внутри него, когда кости выскакивали из суставов и прорывались сквозь кожу, прежде чем срастись обратно. Тогда Рамзи ждал смерти, как спасения. А потом в голове загремел голос, требующий крови и смерти.

— Было трудно? — спросила Тара. — Сдерживать своего бога?

Рамзи сухо усмехнулся.

— Были моменты, когда я хотел уступить ему, чтобы стало легче. Я не мог спать, иначе он взял бы верх надо мной. Недостаток сна в сочетании с постоянными атаками чуть не сломили меня. Он был очень настойчив, Тара. Я знаю, как легко сдаться, прекратить сражаться. Я не осуждаю никого из тех Воителей, кто не смог сдержать своих богов.

— А у твоего есть имя?

— Этексия. Он бог воров.

— И его цвет — бронзовый?

— Да.

— Когда ты, наконец-то, научился контролировать его?

Рамзи накручивал прядь ее светло-каштановых волос на палец.

— Даже не представляю, как долго это длилось. Это была постоянная борьба, которая, казалось, продлится вечность. Но однажды, я сумел победить его. На следующий день это случилось быстрее. День за днем мне было все легче и легче подавлять его, пока не была одержана победа.

— Неужели он ни разу больше не пробовал подняться?

— Конечно, пробовал. Он же бог, в конце концов. Но все же, контролирую его я.

По взгляду сине-зеленых глаз он понял, что следующий вопрос ему не понравится.

— Ты всегда контролируешь его?

Рамзи смотрел на нее несколько долгих минут, прежде чем резко кивнуть.

—  Бог смешался с моей магией, когда Дейдре освободила его. Я не могу использовать все свои силы, не вызвав при этом Этексия. И даже незначительное количество магии, которой я пользовался в последнее время, наносила урон.

— То есть, чем больше ты пользуешься магией, тем большего это требует контроля? Точно так же, как когда ты боролся со своим богом? —  спросила она.

Он улыбнулся, проводя руками по ее волосам.

— Примерно так.

— При этом ты не вредил невинным.

— Да. Став Воителем, на протяжении многих столетий, я очень редко использовал свою магию. Я могу вызвать своего бога без использования магии, но не наоборот.

Губы Тары скривились, когда она нахмурилась.

— Это кажется несправедливым. Поэтому ты не нападал на Дейдре сам?

— Я только что получил контроль над Этексия и не был уверен в своей магии так, как раньше. Пытался сотворить несколько мелких заклинаний, и от используемой силы меня начинало лихорадить. Несколько раз Дейдре чуть не поймала меня. Я видел, что она делала с другими Друидами.

— Что именно? Хочу знать, поскольку большая часть моей семьи полагала, что ей следует править миром.

— Вероятно, они переменили бы мнение о ее величии, если узнали бы, что она охотилась за Друидами: как за Маи, так и за Драу. Дейдре приводила их к себе в гору, где осушала тела, забирая всю кровь, чтобы усилить свою магию, после чего убивала.

— О, Боже, — прошептала Тара, зажав рот рукой.

Рамзи видел, как ее расстроил рассказ.

— Почему в моей семье не знали об этих зверствах Дейдре? — возмутилась она.

— Возможно, они предпочитали не верить в это.

Тара повернулась к нему лицом.

— Ты уничтожил Дейдре. Дани рассказала мне, как ты и Лария помогли положить конец злодейке.

— И это было очень здорово, — с улыбкой сказал Рамзи. — Примерно так же, как когда я сбежал, вместо того, чтобы выполнить ее приказ.

— Бьюсь об заклад, это было здорово.

— Но потом я вспомнил, что все остальные Воители по-прежнему в плену. Брок и я были хорошими друзьями. Я настаивал, чтобы это он сбежал, а я остался бы шпионить за Дейдре. Каким-то образом ему удалось уговорить меня покинуть гору.

Тара наклонилась и поцеловала его.

— Это все позади.

— По большей части. Хотелось бы, чтобы все закончилось. Я сожалею, что не смог убить Деклана, Тара. Я обещал тебе и не смог.

Она положила палец на его губы.

— Ш-ш-ш. Мы разберемся с Декланом.

Рамзи хотел было возразить, но когда она оседлала его, все, за исключением первобытного желания потеряло важность. Его член мгновенно встал, а голод по ней, который никогда не исчезал, с ревом вышел на поверхность.

Он улыбнулся, когда сместил ее так, чтобы можно было взять одну из сочных грудей, и облизнул сосок. Стон в ответ был всем, что ему нужно.

Возможно, он спешил, когда впервые занимался любовью с Тарой, но не собирался торопиться и во второй раз. Он хотел насладиться телом девушки, любить ее так, как она того заслуживает.

Но прежде, чем он сумел приступить к действиям, Тара провела рукой между их телами. Тонкие пальцы обернулись вокруг его твердого члена и начали медленно двигаться вверх и вниз по всей длине.

— Тара, — выдавил он, — я хочу растянуть удовольствие, но с твоей рукой на мне это невозможно.

Наклонившись, она прикусила мочку его уха.