Читаем Полночный ритуал полностью

– Чья-то зажигалка, выброшенная совсем недавно… – осторожно держа находку кончиками пальцев, сообщил Лев, после чего положил ее в пластиковый пакетик. – Улика ли это – еще надо разобраться. Судя по тому, как убийца заметал следы, просто так выкинуть зажигалку он вряд ли мог…

Анатолий продолжил свои поиски и, подойдя к тому месту, где имелся пусть и едва заметный, но для острого собачьего нюха вполне различимый отпечаток подошвы мужской обуви, примерно сорок третьего размера, коротко скомандовал:

– След!

Обнюхав след туфли, пес побежал в сторону аллеи, но вдруг резко повернул вправо и повел к решетчатому ограждению парка, в котором обнаружился уже довольно давно проделанный кем-то лаз. Дыра в ограждении оказалась весьма существенной, поэтому предполагаемый убийца выбрался из парка без особых затруднений. Впрочем, Гурову удалось найти след подошвы на бетонном фундаменте ограждения, по которому он впопыхах чиркнул туфлей, и пару едва заметных глазу коротеньких волокон ткани. Возможно, подозреваемый в спешке задел плечом по грубоватому пруту решетки. И здесь, наткнувшись на едко пахнущее средство, Азарт вновь был вынужден прервать свой поиск.

Подойдя к Гурову, Крячко мотнул головой в сторону лаза:

– Он смылся через эту дыру? И здесь, скотина, опять применил средство против собак?

– Да, похоже, это ставит крест на работе Азарта. – Лев вполголоса выругался. – Бедолага и так уже нанюхался химической дряни на сутки вперед. К тому же, обрати внимание, за ограждением, параллельно ему, тянется тротуар, опоясывающий парк. А по тротуару, как видишь, людей ходит предостаточно…

Он указал на двух пожилых женщин, которые прошествовали мимо, скорее всего, даже не подозревая, какие ужасные события развернулись минувшей ночью на просторах этого милого, уютного столичного уголка живой природы.

Склонившись над зеленым травяным ковром, он еще раз медленно прошел от ограждения к месту убийства, вглядываясь в еле приметные следы ног, оставленные, судя по всему, преступником.

– Ну, и что там? – поинтересовался Стас.

– Судя по следам, ростом убийца немного выше среднего – до ста семидесяти семи, весит максимум семьдесят три кило, левая нога немного косолапит – видимо, это следствие травмы тазобедренного сустава.

– О! Это уже что-то существенное! – горячо одобрил Крячко.

Вернувшись в главк, опера первым делом загрузили информотдел работой по самую завязку. Прежде всего им требовался максимум информации по отцу убитой. Помимо биографии, их интересовали особенности бизнеса депутата и его законотворческая деятельность. Гуров не исключал тот факт, что дочь Кипрасова могли убить из мести или чтобы таким образом оказать на него давление в ходе того или иного голосования по законопроектам.

Крячко, отчасти соглашаясь с ним, все же считал, что в столице появился новый маньяк, который еще только открывает свой кровавый счет загубленных жизней. В подтверждение своей версии он не поленился залезть в интернет и нашел-таки два так и не раскрытых с прошлого года убийства девушек при схожих обстоятельствах (парк, ночь, поляна). Правда, те девушки были жестоко изнасилованы и ограблены, к тому же мерзавец (или мерзавцы) задушил их. Однако Стас все равно был уверен: это дело рук одного и того же человека. Вернее, одного и того же нелюдя.

Загрузили работой и лабораторию – на исследование была передана зажигалка, соскоб с бетона следа подошвы, а также волокна ткани от чьей-то одежды, хотя не могло быть никакой уверенности в том, что все эти «артефакты» (как поименовал улики Крячко) не принадлежали совершенно посторонним людям, выбиравшимся из парка через этот проем в ограждении гораздо раньше происшедшего там убийства…

Когда с этими вопросами было покончено, опера распределили направления поиска. Опрос родных и близких убитой взял на себя Станислав. Общением с однокашниками Лилии решил заняться Гуров. Но вначале нужно было ознакомиться с запрошенной ими информацией, очень оперативно присланной информационщиками. Открыв файл с биографией Кипрасова, сыщики узнали, что родом он из Калужской области, происходит из семьи потомственных интеллигентов. Его отец, заведовавший участковой поликлиникой, был медиком во втором поколении. Мать работала учительницей в сельской школе, пойдя по стопам своих матери и бабушки. А вот Виталий решил стать военным. Он окончил военное училище и стал командиром подразделения мотострелков. В эту пору рухнул Союз, началась война на Кавказе. Кипрасов участвовал в обеих чеченских войнах. Во время второй кампании был серьезно ранен, после чего уволился в запас.

– Лева, он воевал в Чечне. Не эхо ли это той войны? – встрепенулся Стас.

– Да, в какой-то мере это тоже может быть… – согласился Гуров. – Проверим!