Читаем Полковнику никто (СИ) полностью

  Ничего не разглядеть - такая тьмища за окном. В вагоне осталось всего человек десять, все спокойно сидят на своих местах, многие дремлют. Остановок не объявляют, но народ ведет себя очень уверенно: вот электричка остановилась, и в ту же секунду сидевший напротив меня дядечка затрапезного вида, как мне казалось, мирно и глубоко спавший, быстренько вскочил с лавки и был таков.

  Я совершенно дезориентирована. Я не знаю, где мы сейчас едем. Оказаться в незнакомом населенном пункте глубоким (ну очень глубоким) осенним вечером - такая перспектива меня не радует. Я встаю и выхожу в тамбур. Там стоят две девчонки, курят:

  - Ты думаешь, следующая - Новый? Тогда нам - через одну... - говорит невысокая блондинка в красной болоньевой куртке.

  - Наверное, - как-то печально-философски изрекает другая, в пацанской шапочке и с сережкой в брови. Сигарету она держит каким-то особым эффектным жестом: у нее изящные аристократичные пальцы с длинными ногтями, покрытыми черным лаком, - Но я не знаю, останавливается ли эта электричка в Зорях... Если останавливается, то следующая - Зори...И нам - через две...

  - Вы знаете, где мы сейчас едем? - спрашиваю я, тупо вклиниваясь в разговор.

  - Стрельну вроде проехали... - говорит блондинка.

  - Сейчас выясним, - добавляет её подруга.

  Электричка несется сквозь тьму.

  - Ты думаешь, он не рассердится? - вдруг спрашивает красная куртка подругу о ком-то, неведомом мне.

  - Да ему пох, - отвечает пацанская шапочка. - Думаю, ты ему нравишься.

  - Да?

  - Манда!

  Остановка. Двери открываются. Тьма - и ничего больше. Стоит электричка на каждой станции, как правило, всего пару минут, думать некогда.

  - Ка-ка-я стан-ция? - орем мы хором во тьму.

  - Но-вый Пе-тер-гоф! - доносится оттуда.

  - Спа-си-бо! - снова орем мы. Двери закрываются.

  Девчонки вышли на следующей, а я проехала еще одну, до Университета. Идти десять минут через лес, быстро и нестрашно, я не боюсь. Хотя поговаривают, тут когда-то маньяк водился...Но я не одна, вон еще с поезда какие-то люди идут.

  Плеер в ушах, саундтрек к своей жизни слушаю:

  Большие города (да, приехала, хоть никто не звал...)

  Пустые поезда (электрички...)

  Ни берега, ни дна (тону, тону....)

  Все начинать сначала (нет сил...)

  Холодная война (угу, все против меня)

  И время, как вода (и время, и деньги...)

  Он не сошел с ума (просто сошел с катушек...)

  Ты ничего не знала! (да, я ничего не знала. И ничего не знаю. Я вчера на паре при докладе стала склонять фамилию Деррида. У преподавателя было такое лицо...а у Сережи, который мне нравится...а, ладно, плевать...)

  Полковник ли я?

  По дороге в общагу захожу в компьютерный центр, надо проверить почту.

  От мамы. "Как ты? У нас все хорошо, только отменили вредность на работе, поэтому рабочий день увеличили на час и перестали давать молоко. Сильно устаю. Сломался холодильник. Одевайся тепло, кушай хорошо, не ходи поздно. Отвечай на смс-ки, волнуюсь!"

  От Вики Х. "Молодец, что уехала, тут вообще хреново и не фиг делать. Коля, сволочь, изменяет, а бросить его не могу. Мужики - козлы!!! Девки сами на него вешаются, суки, поубивала б. Возвращайся обратно, тебя очень не хватает. Пиши чаще".

  От Михи С. "Почему не пишешь? Я все никак не найду работу. Прочёл Сартра, читаю Борхеса. Прикольно. Недавно всей тусой посидели у Коляна, раздавили пару пузырей. Колян по пьяни приставал к Машке (рыжей). Вика устроила истерику, подралась с Машкой. На Новый год приедешь?

  Ага, три раза я вам приеду. И еще три раза по три раза.

  Все-таки поступить просто на первый курс столичного вуза и в магистратуру того же вуза - это две большие разницы. Первокурсники - одинаково наивные дятлы, местные или приезжие - один хрен. Ну, может, на "откуда-откуда ты?" пару раз нарвешься, ну так можно просто вежливо объяснить, что географию в школе надо было старательнее учить. А магистратура - это уже не "откуда-откуда ты?", а "английский у тебя что - второй иностранный?" (да, бля, а первый - белорусский!) и "у вас не читали герменевтику?!" (о ужас, мы - обойденные!). Особенно неловко чувствует себя в этой ситуации тот, кто не так давно считал себя знатоком английского и герменевтики.

  В семь вечера у меня спецкурс.

  До этого я успела обегать кучу учреждений, где оформляла кучу дурацких справок.

  Все успела, еще осталось время. Зашла в магазин. Купила хлеба (а был дешевый).

  Потом еще в библиотеку заглянула, взяла несколько книг.

  Все в сумку не вмещалось. Или - хлеб, или - книги. Решила, что лучше в сумку положить книги, они бумажные, вдруг дождь, а хлеб в целлофане, его можно и в руках нести. Пришла в универ, в коридоре, ожидая начала пары, сидел мой однокурсник, Сережа. Умный парень, очень мне нравится.

  - Привет! - Я присаживаюсь рядом.

  - Привет! - улыбается приветливо и поворачивается в мою сторону. - О, а что это у тебя? - глаза за очками округляются. Получается забавная мина. Определенно, он мне нравится.

  - Хлеб, - говорю я. - Вот купила.

  - Хлеб? - его удивление почему-то только возрастает: - И ты вот так на паре с хлебом будешь сидеть?

  - Он в сумку не влазит.