Читаем Полк, к бою! полностью

— Как немного?! Сколько?

— Да с сотню, наверное, будет, — неуверенно ответил командир хозвзвода.

— Только-то?! Да это же капля в море! Но… Вот что, старшина. Видишь вон ту высотку? — Я показал вправо. — Там четвертая рота, рота автоматчиков и артбатарея полка. Все гранаты, сколько есть, давай туда. Срочно! Передашь, придешь сюда и доложишь мне, понял?

— Понял, товарищ майор! А патроны тоже надо?

— И часть патронов, естественно. Но гранаты все до единой — туда! Да, вот что еще. Мины подвез для минроты?

— Так точно. Сейчас их разгружают на огневой! — крикнул старшина, уже убегая со своими бойцами.

Через несколько минут меня вызвал к рации начальник штаба полка майор Никитин. Доложил, что командир корпуса все-таки разрешил снять 1-й батальон с правого фланга и использовать его по решению командира полка. То есть моему.

— Сколько нужно времени, чтобы батальон прибыл сюда? — спрашиваю начальника штаба.

— Не меньше трех часов, — ответил он.

— Давайте его сюда быстрее! И заставьте начальника вооружения подвезти для него боеприпасы и побольше ручных гранат…

Хоть и не скоро подойдет 1-й батальон, но на душе сразу же стало легче, затеплилась надежда, что все с его приходом образуется.

* * *

Последнюю, третью, атаку противник предпринял с наступлением сумерек. Начал ее без огневой подготовки, без шума и освещения местности. Словом, попытался скопировать нашу утреннюю атаку на высоты.

Но не помогло. Мы сравнительно легко отбились и на этот раз. Положение изменилось лишь на нравом фланге, где, как уже говорилось, еще днем засело до двух взводов вражеской пехоты. Теперь, естественно, фашистов там стало больше. Воспользовавшись ходом сообщения, который вел в их тыл, они до темноты накапливались на фланге. А с началом атаки с фронта потеснили 4-ю стрелковую роту и захватили еще несколько десятков метров траншеи. Установили там пулеметы и стали простреливать тылы батальона. Надо выбить оттуда фашистов во что бы то ни стало! Только бы скорее подошел 1-й батальон. А его все нет и нет. А прошло, думается, уже больше трех часов с момента звонка начальника штаба.

Где-то около двадцати двух часов ко мне на НП пришли наконец начальник разведки полка и комбат один капитан И. П. Рассмотров. Командир батальона доложил, что у него в наличии сто сорок человек, включая и хозвзвод. В стрелковых ротах в среднем по тридцать бойцов, боеприпасы имеются, люди накормлены.

Тут же ставлю Рассмотрову задачу: до утра выбить гитлеровцев с участка траншеи на правом фланге, закрепиться там и быть готовым с утра отражать повторные контратаки врага. 4-ю роту и два взвода автоматчиков сменить и вывести в мой резерв.

В 23.30 меня вызвал к телефону исполняющий обязанности комдива полковник С. Е. Климахин. Сообщил, что мой 885-й стрелковый полк снова переходит в подчинение дивизии и что наша задача остается прежней: восстановить положение на правом фланге и прочно удерживать занимаемые высоты. 878-й и 882-й полки понесли большие потери. Сейчас производят чистку своих тылов, оставляя в них самое минимальное количество личного состава. Остальных же ставят в строй. Дивизии приказано перейти к обороне, так как комкор считает, что цель наступления в основном достигнута.

В заключение Климахин рекомендовал и мне завтра с утра пополнить роты за счет тыловых подразделений полка. Я же в свою очередь попросил его сменить кем-нибудь наш 3-й батальон, который в настоящее время удерживает на левом фланге дивизии деревню Хандоги. Свою просьбу обосновал тем, что между главными силами полка и этим батальоном находятся два других полка дивизии, а это затрудняет мне управление его подразделениями. Кроме того, 3-й батальон нужен мне и здесь для обороны господствующих высот.

Полковник Климахин пообещал во всем разобраться и свое решение сообщить позже.

Не прошло и часа после этого разговора, как начальник штаба полка передал по рации, что к 3.00 меня и командира дивизии вызывает к себе генерал-майор Кругляков. "Его командный пункт, — сказал майор Никитин, находится в том же самом немецком доте, в который он пришел к нам в первый день наступления".

Вызов на КП корпуса, который, как я знал, находится в шести километрах, был очень некстати. Ведь 1-й батальон готовится восстанавливать положение на правом фланге, а меня…

Что-то надо было предпринимать. А может, комкор поставит мне новую задачу и лучше пока попридержать 1-й батальон, не вводить его в бой?

— Вот что, — подумав, сказал я начальнику штаба, — приходите-ка ко мне, надо вместе обсудить обстановку.

А 1-й батальон тем временем уже завязал бой на правом фланге. Послышалась сильная автоматно-пулеметная перестрелка, стали рваться гранаты, немцы начали вовсю освещать местность. Вскоре стрельба перекинулась на весь участок обороны полка. Потом еще дальше. Гитлеровцы всполошились. Видимо, подумали, что наши части ночью перешли в наступление на широком фронте.