Читаем Полицейский ринг полностью

— А потом… — зловещим голосом продолжал Крячко, низко наклонившись и чуть ли не касаясь носом кончика носа Макарова, — потом началось самое неприятное. За смертью Лобачева последовала другая. Наемный убийца застрелил вашего шефа — Иванчука. Чуть-чуть мы со Львом Ивановичем не успели, минуты не хватило нам, чтобы спасти его. Почти на наших глазах совершилось убийство. И это еще не все!

— Идите сюда! — велел Гуров, развернув на столе ноутбук в сторону Макарова. — Смотрите, что было потом. Узнаете свою собственную машину?

На экране менялась фотография за фотографией. И на каждой снята в разных ракурсах разбитая машина Макарова, найденная на Новорижском шоссе.

— Это ваша машина, Макаров! И мы уже мысленно простились с вами, когда в кабине обнаружили труп. Мы думали, что это вы, но не сразу удалось понять, что это другой человек. Ему изуродовали до неузнаваемости лицо, посадили в вашу машину и сбросили ее в кювет. Смотрите на этого человека, смотрите! Это могло быть вашим телом, но вы пока живы! Вы хотите еще немного пожить? Или вас отпустить на все четыре стороны, и разбирайтесь сами с теми, кто машину угнал и труп в нее подсунул, кто убил вашего шефа Иванчука и вашего спортсмена Лобачева? Отпускать вас? Пойдете?

Макаров сидел на стуле, съежившись, наверное, чувствовал холодные пальцы смерти, которые пытались добраться до его горла. Ощущал физически, как близко она, как ходит кругами, как эти круги сужаются и скоро затянутся на его шее смертельной петлей. И вот он сдался. Сыщики смотрели с жалостью, как этот сильный, самоуверенный человек в течение нескольких часов на их глазах превращался в тряпку. Страх сделал свое дело. Вылезло из человека то, что заложено было, вся шелуха, приобретенная за время сложившейся жизни, сползла, и осталось нутро. Трусливенькое, жалкое.

— Это мог быть я… Господи, они же кого-то вместо меня убили!

— Знаете, что я думаю, Вячеслав Алексеевич, — сказал Гуров, — этого человека убили и в вашу машину сунули не по ошибке. Это предупреждение вам лично. Намек на то, что вы запросто сможете стать следующим трупом, если… Если что?

— Они убьют и меня… — шептал Макаров, тер лицо руками и трясся мелкой дрожью.

— Да хватит тебе! — встряхнул его за лацканы пиджака Крячко. — Что ты как баба! Как темные дела проворачивать, так храбрый был, а теперь в штаны наложил? Давай рассказывай все, и мы тебя защитим. Ты думаешь, кто-то рискнет тягаться с нами, с Главком уголовного розыска? Кишка тонка!

— Давайте, Макаров. — Гуров подсел на стуле ближе к мужчине. — Что там у вас за подпольные спортивные состязания по ночам? Где это все происходит? Рассказывайте!

— Да… — кивнул Макаров, — это подпольные бои. Мы подбирали участников так, чтобы было интересно смотреть на состязание. Или виды единоборств, или как вот с Лобачевым. Голые руки против холодного оружия. Очень эффектно.

— Против настоящего холодного оружия? — удивился Лев.

— Нет, конечно, имитация. Лобачев был хорошим мастером в боевом самбо. Он такие номера показывал, что зрители визжали от восторга.

— Кому нужна была его смерть?

— Я не знаю, — взмолился Макаров. — Я вам клянусь, что не знаю! Мое дело было общая организация, а уж подбором бойцов занимался сам Иванчук и кто-то из его друзей. Не мое это было дело. Я могу только предполагать, но все так неожиданно, это как снежный ком какой-то. Я все ждал, что прояснится, что получу от кого-то информацию, что все закончилось.

— Не спешите! — остановил Гуров словесный поток. — Вы сказали, что можете только предполагать. Что вы предполагали? Конкуренты наехали? У вас были конкуренты в этих делах? Может быть, споры какие-то, разногласия, неприятные предложения имели место? Нет?

— Я не знаю, — вымученно простонал Макаров. — Я занимался только мелким снабжением этих мероприятий, а всем остальным — Иванчук. Я даже не знаю, с кем он общался по этим делам.

— Где проводились бои?

— В спорткомплексе «Заря». Там когда-то в советские времена до реконструкции был детский тир для малокалиберного оружия. Его расчистили и устроили ринг со зрительскими местами. Звукоизоляция была хорошая, вход отдельный сделали.

— Директор «Зари» Жигалов в деле?

— Борис Николаевич? — Макаров вздохнул, но отнекиваться не стал. И так почти все уже рассказал. — На нем вся подготовка помещения, встреча гостей, напитки.

— После смерти Иванчука бои продолжались? — вставил свой вопрос Крячко.

— Нет, временно приостановили. Никто на себя контакт брать не хочет. А еще мы не знаем, кто эти бои прикрывал… простите, с вашей стороны. Такое ведь не особенно скроешь, слухи все равно идут. Надо же, чтобы ни местный участковый не приходил, ни оперативники из местного отела полиции.

— Ну что же. — Гуров встал и прошелся по кабинету. — Вам, Вячеслав Алексеевич, лучше посидеть пока у нас. Я думаю, что это и в ваших интересах. Говорить нам с вами еще есть о чем. Да и у следователя будет масса вопросов. Вы же не удивитесь, если окажется, что по этому поводу возбудят уголовное дело?

— Да, я понимаю, — опустив голову, вздохнул Макаров.