Читаем Политика полностью

Когда до компаунда оставалось ярдов пятьдесят, Блакберн приказал водителю выключить фары и сбавить скорость. Здесь, рядом со станцией, дорога была гладкой и ему отчаянно хотелось ехать побыстрее, но он знал, что это будет ошибкой. Персонал станции рассчитывал на него – те, кто остались в живых, – и если он как дурак ворвется внутрь, подставив себя и своих людей под смертоносный обстрел, это не принесет им никакой пользы.

Нет, как бы ему ни хотелось ворваться на станцию, как на боевом коне, он не должен этого делать, а будет действовать в соответствии с планом.

Они сбавили скорость у первого угла, и Блакберн жестом приказал четырем охранникам из своего отряда в двенадцать человек выпрыгнуть из грузовика. Их задача заключалась в том, чтобы перелезть через стену и занять позицию в углу компаунда. Еще четверо расположатся в остальных углах, а он сам, Меган и еще трое охранников перелезут через заднюю стену, напротив ворот. Водитель останется в грузовике.

Господи, пожалуйста, мысленно взмолился Блакберн, наблюдая, как грузовик поворачивает за угол; он хотел просить Бога, чтобы тот позволил уцелеть тем, кто находились внутри компаунда. Но вместо этого у него сложилась другая просьба:

– Господи, пожалуйста, пусть террористы задержатся, не успеют уехать; помоги мне заставить их заплатить за все своей кровью.

Меган, сидевшая рядом, коснулась его руки, стараясь поддержать его, но Блакберн не заметил этого. Все его внимание было сосредоточено на звуках стрельбы, доносящихся из-за стены, и перед его мысленным взором разворачивались картины мести.

***

Садов слышал, что огонь затихает, и улыбнулся. Еще несколько минут, и он отзовет боевиков.

– Ты сегодня хорошо поработала, – обратился он к Нике. В самом деле, она действовала безукоризненно, все ее выстрелы попали в цель, и она сохраняла спокойствие даже в самые опасные минуты операции. Ника – хороший боец, отличный солдат, и Садов был доволен, что она по-прежнему оставалась рядом с ним.

Справа донеслась короткая очередь из автомата АКМ, и наступила тишина.

Все кончено, подумал Садов. Это был последний. Протянув руку к портативной рации на поясе, он трижды нажал на кнопку передачи точка, тире, точка. Это означало, что все должны собраться у гаража, единственного уцелевшего на станции здания. Как только группа соберется, они возьмут штурмом гараж, убьют всех, кто находятся внутри, а затем уедут на джипах, которые Садов намерен был перепродать.

Таков был его план. Он понял, что допустил роковую ошибку, лишь когда кто-то стиснул его руку и острое лезвие ножа уперлось ему в горло.

Макс гордился своими людьми. Как и подобает настоящим профессионалам, они не дали воли эмоциям и бесшумно выполнили его задание, достигнув тем самым максимального успеха. Пользуясь тактикой, усвоенной на службе в армейских рейнджерах, специальной авиационной службе, морской пехоте особого назначения, которая называла себя «тюленями», и других особых подразделениях, они быстро нашли врага и нейтрализовали боевиков по одному или парами, не сделав ни единого выстрела. Но еще более удивительным было то, что американские охранники, несмотря на ярость, которая пылала в них так же яростно, как и здания станции спутниковой связи, сумели, насколько понял Блакберн, захватить всех до единого живьем. Таким образом, эта банда террористов целиком предстанет перед судом.

Увидев впереди еще двоих террористов, Макс поднял руку, призывая к предельной осторожности, и устремился вперед. Слева шла Меган, а по сторонам два охранника из службы безопасности станции.

При других обстоятельствах Блакберн повел бы себя более осторожно и, возможно, позволил бы захватить террористов одному из своих охранников. А может быть, и нет. Он множество раз спорил с Гордианом, категорически отказываясь признать, что любой из его подчиненных, каким бы зеленым, молодым и неопытным он ни был, в большей мере незаменим, чем он, Блакберн, а потому никогда не посылал своих людей туда, куда не отправился бы сам.

Блакберн бесшумно подкрался к мужчине, подождал, пока тот не уберет руку от рации, укрепленной на поясе, и затем молниеносно бросился вперед, схватил мужчину за плечо правой рукой, а левой прижал лезвие ножа к его горлу. Все это было проделано молча. Он надеялся, что террорист как-то отреагирует на захват, попытается сопротивляться, даст ему повод пустить в ход нож.

Меган, действовавшая рядом с ним, не проявила такой жалости. Держа в руке нож с острым коротким лезвием, она приблизилась к женщине, которая была ее целью, и, повернув нож, нанесла сильный удар рукояткой по основанию черепа террористки. Та упала на землю, потеряв сознание, ее длинные темные волосы рассыпались из-под шлема.

Слишком легко отделались, подумал Блакберн. Ему хотелось крови, хотелось провести отточенным лезвием по горлу мужчины, которого захватил. Но поступить так он не мог. Прежде всего он был солдатом, и хотя он состоял на службе корпорации, а не страны, кодекс солдатской чести не позволял ему убить фактически беспомощного человека.