Читаем Поляк полностью

– Продолжайте, – кивает поляк.

8

Урок окончен, студенты расходятся. Она остается в глубине зала. Поляк подходит к ней. Что он ей скажет?

Он берет ее за руку. Благодарит по-английски за то, что приехала. Выражает удовольствие, что снова ее видит. Хвалит ее платье. Его комплименты не нравятся Беатрис. Слишком гладкие, отрепетированные. Впрочем, скорее всего, это его английскому не хватает легкости. Возможно, в Польше он считается весьма обходительным господином.

Она тщательно подбирала одежду. Это значит – одета она строго.

– Мы можем поговорить? – спрашивает Беатрис.

9

Они гуляют по аллее вдоль реки. Стоит погожий осенний день. Падают листья, и все такое.

– Я снова спрошу, – говорит она, – почему вы здесь? Что забыли в Жироне?

– Приходится где-то быть. Нельзя находиться нигде. Это свойственно людям. Но нет, я здесь ради вас.

– Вы так говорите, но что означают ваши слова? Чего вы хотите от меня? Вы же пригласили меня не для того, чтобы я посетила ваш мастер-класс? Хотите, чтобы я с вами переспала? Тогда позвольте сказать сразу: на это не рассчитывайте.

– Не сердитесь, – говорит он. – Пожалуйста.

– Я не сержусь. Я раздражена. У меня нет времени на игры. Вы пригласили меня. Зачем?

Почему она сердится? Ей нужно от него что-то, что он отказывается ей дать?

– Дорогая госпожа, – говорит поляк, – помните поэта Данте Алигьери? За всю жизнь его Беатрис не обмолвилась с ним ни словом, но он любил ее до конца своих дней.

Дорогая госпожа!

– И поэтому я здесь – чтобы узнать, что вы намерены любить меня до конца своих дней?

– Мне не так уж много осталось, – говорит поляк.

«Бедный глупец, – хочется сказать Беатрис. – Ты пришел слишком поздно, праздник окончен».

Она качает головой.

– Мы чужие друг другу, вы и я, – говорит она. – Мы принадлежим разным мирам, разным реальностям. Вы живете в одном мире с вашим Данте и вашей Беатриче, я – в мире, который привыкла называть реальным.

– Вы даете мне покой, – говорит поляк. – Вы – мой символ мира.

Она, Беатрис, символ мира! В жизни не слыхала подобной ерунды.

10

Они идут дальше. Река медленно несет свои воды, дует легкий ветерок, под ногами расстилается тропинка. Детали, несущественные, но неслучайные. С каждым шагом ее настроение улучшается.

– Когда вы занимались со студентом, вы пели, – говорит она. – Никогда не представляла вас певцом. У вас приятный голос.

– Я певец по материнской линии. По материнской линии музыкант.

Маменькин сынок. Возможно, он ищет материнского тепла?

Время истекает. Либо он выскажется, либо она сядет в машину и вернется домой, и на этом все закончится. Это его выход. Ему придется спеть свою коронную арию – Беатрис этого ждет. На итальянском, испанском, английском, не важно. Хоть бы и на польском.

– Дорогая госпожа, – говорит поляк, – я не поэт. Могу лишь сказать, что с тех пор, как я встретил вас, вы, ваш образ не выходит у меня из головы. Я переезжаю из города в город, из города в город, это моя работа, но вы всегда со мной. Вы охраняете меня. Внутри меня мир. Я говорю себе: я должен найти ее, она – моя судьба. Поэтому я здесь. Как же я рад вас видеть!